Абхазия и Южная Осетия – не Косово, поскольку Саакашвили – не Милошевич


Признание Россией независимости Абхазии и Южной Осетии, как ни крути, событие – историческое. Причем и для тех, кто поддерживает это решение, и для тех, кто категорически против. При всей неоднозначности случившегося, аргументы обеих сторон, используемые при отстаивании той или иной позиции, представляются равновесомыми и с одной стороны звучат одинаково убедительно, с другой – всегда предполагают веские контраргументы.

И вновь при обсуждении ситуации с Абхазией и Южной Осетией нам никуда не деться от сравнений с Косовым. В этом срезе аргументы оппонирующих друг другу сторон весьма стандартны и сводятся к двум противоположным формулам: «Косово – прецедент» и «Косово не может быть прецедентом, это особый случай». Последний тезис после недавних известных событий апологеты Великой Грузии с абхазской и осетинской провинциями в своем составе с каким-то невероятным энтузиазмом защищают новым аргументом: «Абхазия и Южная Осетия – не Косово, поскольку Саакашвили – не Милошевич». Вообще говоря, и то и другое верно. Не понятно одно: почему подчеркиваемые политиками, экспертами и риторами различия должны служить аргументом в пользу непризнания независимости двух кавказских республик.
Балканы и Кавказ – это действительно разные случаи. И с тем, что Косово не должно являться прецедентом, тоже можно и должно согласиться. Но лишь потому, что притязания Абхазии и Ю. Осетии на независимость куда более обоснованные, чем у того же албанского Косова.
Вспомним, что в международном праве зафиксированы два ключевых принципа: принцип неделимости границ и принцип права на самоопределение наций. Эти два, во многом противоречащих принципа всегда извлекаются из под сукна, когда речь заходит о конфликтах, подобных нынешнему. Педантично придерживаясь обоих этих принципов решить проблему практически невозможно. Это итальянская забастовка, когда все делается строго по правилам, инструкциям, что может парализовать любой процесс. До сих пор ситуация с непризнанными кавказскими республиками была тупиковой.
Признание независимости двух республик Кремлем – это выход из тупика. Проблемный, конфликтный, нарушающий принцип неделимости границ, но все-таки выход. Причем из двух упомянутых основополагающих принципов Россия нарушила один. Одни, касающийся самоопределения, был соблюден. Следует напомнить, что де-факто обе республики отвоевали свою независимость от грузи с оружием в руках сами. Не Россия принесла им эту победу на своих штыках. Нынешнее военное участие российской армии в конфликте – это не шаг в сторону изменения мирового порядка, а его защита.
С Косовым была совсем иная история. Там сначала произошло отторжение территории края от Сербии третьей силой – натовскими войсками. А уж затем, после долгих лет геноцида косовских сербов, албанское большинство самоопределилось с независимостью, которая и была одобрена большинством стран. Строго говоря, в долгосрочной ретроспективе в Косове были нарушены оба основополагающих принципа, сначала путем внешней агрессии косовских сербов лишили и права на самоопределение и незыблемости границ. А уж затем после этнической революции был возвращен лже-принцип права на самоопределение, вылившийся в независимость края.
Что касается различий между Милошевичем и Саакашвили, то, по большому счету, это вообще шулерство. Вообще говоря, Саакашвили уместнее сравнивать с современными сербскими лидерами – Борисом Тадичем или с Воислав Куштуницей. Ведь признание независимости Косова происходило и происходит при них, а ни при Милошевиче. Почему бы тогда не вспомнить Гамсахурдиа. Или Иосифа Сталина? Почему не начать сравнивать Куштуницу с этими великими сынами грузинского народа. Независимость Абхазии, Южной Осетии, как и независимость Косова – это то, что происходит сегодня. Милошевич был даже не вчера, а позавчера. Мы ведь даже не обсуждаем законность свержения Милошевича. И если даже исходить из того, что Милошевич был кровавым диктатором, то свержение его режима и суд над ним – это уже решение проблемы. Дальнейшее членение территории Сербии к борьбе мирового сообщества за воцарение демократических ценностей неоправданная мера.
Возвращаясь к нынешней кавказской проблематике, хочу напомнить, что фактический выход двух сегодня обретших независимость республик произошел в то время, когда еще продолжался раздел бывшего Советского Союза. И хотя, независимый статус этих республик не был прописан в беловежских соглашениях, фактическая независимость была им завоевана самостоятельно. Так может быть и признание независимости этих республик – не просто выбор в пользу народа на самоопределение, но и соблюдение принципа неделимости. Неделимости пусть и бывших до сих пор непризнанными, но независимых государств.
К слову, заявления грузинских властей о том, что они по-прежнему рассматривают Абхазию и Южную Осетию как собственные территории, то есть наличие серьезных территориальных претензий, могут спровоцировать и противоположную сторону на претензии к Грузии. В VII веке в состав Абхазского царства входила не только территория нынешней Абхазии, но и вся Западная Грузия. А столица сначала находилась в Анакопии (Новый Афон), а затем переместилась в Кутаиси. Впрочем, это, естественно, не серьезно. Если серьезно, то признание независимости республик фактически ничего не меняет для Грузии.
С годами, если в Грузии произойдет давно обещанное социально-экономическое чудо, а в Абхазии сменяться несколько поколений и вырастет новая генерация людей, которые уже не будут рассматривать Грузию как ненавистного врага, быть может, тогда произойдет сближение. Без ракетных обстрелов и авиаударов. И тогда, может быть заговорят о другом прецеденте, о берлинской стене, об объединении восточной и западной Германии. Только не подумайте, что здесь есть намек на сравнение Саакашвили и Гитлером. Просто ни в Абхазии, ни в Южной Осетии кровопролитные войны с Грузией еще не скоро забудутся.











Смотрите также:

Вам это будет интересно!

  1. Видные политические деятели ХХ века в оценках жителей постсоветских республик