Baibakov Five

Baibakov Five

Картины стерлинга руби

Опять хорошая как всегда выставка в Октябре. Вот только с охранной политикой пора там что-то делать, а то скоро желание приходить совсем пропадет. Мало того что на каждого посетителя приходится по пять сурового вида охранников, так они еще и ходят за тобой по пятам, буквально стоят за спиной во время осмотра и следят за каждым твоим движением. Задержавшись у картины больше двух минут, я начинаю спиной чувствовать, что попала в категорию особо опасных субьектов. А когда охранник пришел наблюдать за мной в комнату с инсталляцией Мэтью Бреннона про яркие идеи (а это такая висящая под потолком в полутора метрах над головой конструкция с деревянными блоки, отбрасывающими красивую веерообразную тень) мне стало уже откровенно смешно. Ну конечно, стоит отвернуться и я как Мэри Поппинс достану из сумочки складную лестницу, влезу по ней, прикоснусь волшебной розой (тоже из одной сказки) ко всей этой хреновине наверху, чтобы она стала невесомой как перышко, и, положив ее на спину, быстро побегу к выходу отшвыривая всех десять попавшихся мне на пути охранников приемами карате... В этом смысле одно из двух самых неприятных выставочных мест. Второе – ММСИ в Ермолаевском (именно поэтому туда десять раз подумаешь прежде чем пойти), только там вместо охранников бабушки. Дело конечно не в конкретных дяденьках и бабушках, которые при ближайшем рассмотрении могут быть как вредные так и очень доброжелательные, а в политике заведения. Во многих галереях, особенно в маленьких, к посетителю относятся как к гостю – и откроют, не смотря на то, что уже поздно, и дадут спокойно посмотреть, и расскажут все. И это отношение: посетитель – гость, на мой взгляд - правильно. Как же еще? А гостя как правило если уж зовут, то не подозревают по умолчанию в коварном умысле проникнуть на кухню и рассовать по карманам все серебряные ложки, и не ходят по пятам, чтобы не дай бог не задел фарфоровых статуэток на полках. Словом, лучше бы потратили эти деньги на ремонт помещения, ведь выставочное пространство само по себе - прекрасное!

Теперь о выставке. Что-то общее у всех представленных товарищей определенно есть – они уделяют очень много внимания технологии, процессу создания работ. Иногда холодом веет от этой увлеченности и скурпулезного повторения. Вот например, Уэйд Гайтон воспроизводит в большом количестве в огромном масштабе монохромные распечатки на принтере с намеренными огрехами – царапинами, замятиями. С одной стороны, где-то это уже было, вот например Пузенкова напоминает, или Виктора Алимпиева с многочисленными минималистичными серо-розовыми картинами – каким-то космическим спокойствием и холодом (у ВА на его выставке мне понравились видео). С другой стороны, в общем, понятно, что он хочет сказать - что даже очень точное устройство допускает огрехи, и что точность – не очень естественная вещь в природе. Но мне у него больше понравились картины про буквы X и U, вроде исследования формы буквы, Х – словно стремится лучами разлететься на части, а U похожа на резервуар. Очень порадовало видео Стерлинга Руби (пожалуй больше всего на выставке) – это стекающие вниз краски, расплывающиеся красивыми летучими формами, похожими на медуз, каплями, похожими на цветных рыбок, это живая, постоянно перерождающаяся абстрактная картина. Все это происходит под зачитывание какого-то философского текста про личность, пространство и мимикрию. Я думаю что это удивительно красивая иллюстрация того что происходит в голове, куда поступают всякие впечатления извне – они расплываются, смешиваются, колышатся, растворяются... Картины тоже интересные. Я помню как мучалась в свое время с акварелью – я не могла достичь прозрачности, один слой накладывался на другой, бумага становилась дыбом а краски получались грязными... Удивительно, но у Руби таким путем получаются очень красивые картины – словно какой-то марсианский ландшафт – земля покрытая кипящей лавой в густом тумане... Вообще он занимался граффити, и это видно по его скульптурам, где он бросает вызов минимализму – делает минималистичные скульптуры, но поверхностoсть не оставляет гладкой, а покрывает следами человеческого присутствия, особенно трогательна Клетка со слезой (место урона слезы я правда не нашла). Я думаю, он хочет сказать что идеальные объекты – не живые объекты: “Minimalizm tries to kill the amorphos law – geometry ends life”. Хм... Не согласна, я больше люблю что-то идеально красивое, чем живое и залапанное... У Келли Уолкер мне понравился зеркальный тест Роршаха, хотя конечно, кто уже верит этим тестам, в стольких фильмах это обыгрывается («Хранители» например). Очень понравился зеркальный пол Уалида Бешти - посетители могут прыгать на нем и оставлять трещины (экспериментировать не стала, так же как и прикасаться к клетке Руби, которую он призывает лапать, а то меня бы немедленно уложили выстрелом в упор). Когда ты идешь, или тем более прыгаешь, ты покрываешь трещинами свое отражение, иначе говоря – невозможно прожить жизнь с абсолютно чистой совестью, и двигаясь куда-то ты в любом случае вольно или невольно кого-то заденешь. Еще там есть его абстрактные картины, полученные от засвеченных в аэропорту пленок, и это уж какие-то совсем мрачные ассоциации вызывает, жизнь ведь часто ассоциируется с пленкой, и вот ты щелкаешь себе, радуешься а в итоге? – какие-то расплывающиеся полосы в темноте. Мэтью Бреннона я хуже поняла, но интересный, любопытный. А вообще очень известный, насколько я поняла. Особенно понравились пластинки, форма пластинки сама по себе очень притягательная...


Смотрите также:

No related posts.