Безымянный 20979

Егорку похоронили на кладбище в Ришон ле Ционе 7 июня 2006 года по еврейскому обряду.

Проводить его в последний путь пришло очень много людей. Его друзьями были люди разных возрастов - от 10 до 90 лет, разного социального статуса - от простых рабочих до мультимиллионеров и крупных политиков. При жизни все кто его знал говорили о нем только одно - Гений. После смерти к этому слову добавилось еще одно - Цадик , Святой. Мой сын Егор Коротков - Святой Гений.

Как больно и как жаль, что только смерть бесконечно любимого и родного человека позволяет раскрыть его сущность. Дает возможность понять с кем ты жил рядом все эти 19 лет и 8 месяцев.

Кто он, Святой Гений Егор Коротков? Почему все воспринимали его именно так? Даже враги и недоброжелатели. Потому что он был ДРУГИМ, ЗАКОВАННЫМ В ЦЕПИ. Настолько ДРУГИМ, что понять это до конца даже мы - папа и мама, смогли только после его смерти.
--------------------------------------------------------------

                                                                              1. Я В Л Е Н И Е

Январь, 1986

- Юра, у меня задержка. Неужели получилось?
- Давай не будем торопиться Оленька . Подождем. Сколько раз у тебя были задержки?
- Нет. Сейчас все по другому. Я знаю......... 

   Попасть на прием к гинекологу Хариной было большой удачей. Зав. отделением, специалист с безупречной репутацией. Мария Михайловна Кулагина, моя теща, имеет еще более безупречную репутацию и авторитет. Организовать прием у Хариной для нее не составляло труда. Так, один телефонный звонок. Ведь Вася Харин был ее учеником и одноклассником Ольги.
- Оленька, бедная вы, бедная. У вас не может быть ребенка. У Вас завернута матка и чтобы распрямить ее надо пройти длительный курс массажа. Плюс что-то еще. Я не знаю что. Нужно сделать ультрасаунд. Спуститесь этажом ниже и сделайте ультра. Потом посмотрим.
Кабинет ультрасаунда находился в подвальном помещении и каждый шаг по длинному, выкрашенному ядовито-зеленой краской коридору отдавался в голове как приговор. Когда Ольга подошла к двери растерянная, но еще не потерявшая надежду, то увидела на дверях надпись "Ремонт".
"Значит , не судьба" , - обрадовалась она и ушла домой.
................

Февраль 1986

- Юра!! У меня пошла кровь!! Я не хочу его потерять! Я должна его сохранить!
- Немедленно звоним в больницу........

Гинекология. Пустой казенный коридор, белые халаты. Из-за двери с надписью "Операционная" раздавался крик перепуганной женщины, пересыпанный отборным матом. В "Процедурной" кто-то умоляющим голосом просил:
- А может не надо чистить? Я не беременна, я ни с кем не спала. Ну, пожалуйста!
- Если есть кровотечение, то мы должны почистить, женщина, а спали вы с кем-то или нет нас не касается...

В палате, в которую определили Ольгу на сохранение, было восемь коек.
Здесь плакали женщины потерявшие ребенка, женщины с каменными лицами, убеждающими себя , что аборт был единственно правильным решением. И перепуганные как Ольга женщины, которые хотели одного - сохранить своего ребенка.
Ольга прижимала руки к животу и уговаривала Егорку, (а он уже тогда был именно Егором и никем другим) :
- Не уходи, останься, Егорушка. Не уходи, будь с нами!
.......... 

Начало августа 1986

Крымская погода любит приподносить сюрпризы. Как правило неприятные. Не знаешь что одеть. С утра дождь , потом жара. И все это повторяется вновь и вновь. Переполненный автобус пятого маршрута, незабываемый "Икарус"-гармошка, медленно тащит меня на работу по растерянным от безумств погоды улицам города. При штурме автобуса на автовокзале мне удалось захватить свободное место . Ехать далеко и я сознательно отвернулся к окну, чтобы не встретиться с осуждающим взглядом какой-нибудь женщины , увешанной сумками с картошкой, помидорами, огурцами и оглушительно воняющими вялеными бычками - лучшими друзьями больших зеленых мух. Сделаю вид, что я уже с утра смертельно устал и сплю. И буду дышать через рот. Не выношу этот запах. Пусть уступает место кто-нибудь помоложе. Мне уже 30. Мужчина средних лет. И я хочу эти полчаса сидеть.
Сегодня Оленьке надо идти в женскую консультацию на очередную проверку. А я должен буду отсиживать рабочие часы в ставшем ненавистным за последний год ДК ЖРК. Я уже не мог видеть рядом лица людей, которые предали меня. Скоро должен родиться ребенок, а денег нет . У Ольги , как и у любой беременной женщины возникают самые невероятные желания. Сейчас она поглощает в огромных количествах виноград. Наверное это нужно ребенку. Надо будет на обратном пути купить. Есть еще немного денег. На дорогу, виноград и сигареты. А завтра посмотрим.
Длинные ковровые дорожки в коридорах дворца культуры имеют как минимум два положительных качества. Первое - они придают помещению вид солидного советского учреждения и создают иллюзию , что это храм культуры, где надо говорить шепотом и вести себя исключительно прилично. И второе - они позволяют мне бесшумно пробежать до своей конуры, где я могу спрятаться от тех, кому приходится фальшиво улыбаться и от тех, кто смотрит на тебя виноватыми глазами нашкодившей собаки, хотя лично они и не имели никакого отношения ко всей грязной истории, о которой я здесь писать не хочу.
Но на этот раз не повезло. Дверь в бухгалтерию была открыта и меня заметили. И не просто заметили. Именно в этот момент раздался телефонный звонок и резкий высокий голос главного бухгалтера пропиликал "Юрий Владимирович, вас к телефону!".
- Алло!
- Юра, это я. Представляешь я шла в гинекологию на консультацию и меня укусила бродячая собака...
- Как?! Господи, что же делать?
- Мне в поликлинике сделали укол от столбняка.
- Да ведь ты на восьмом месяце беременности!
- Они сказали. что это не повредит. И сказали , что если я не поймаю эту собаку, то мне придется сделать 60 уколов против бешенства в живот.
- Что?!
- Я отказалась . Я сказала, что если мне суждено умереть от бешенства, то мой ребенок умрет вместе со мной.

20 августа 1986

Прошло уже несколько дней после нападения придурковатой собаки. Ни столбняка, ни приступов бешенства у жены я не заметил и стал немного успокаиваться. Другие проблемы требовали немедленного разрешения.
Работа во дворце культуры позволяла существовать, а не жить. Редкие халтуры в виде свадеб и выпускных вечеров не могли основательно изменить финансовое положение. А после некоторых событий, этим стало просто опасно заниматься, потому что за спиной чувствовался заботливый и пытливый глаз ОБХСС, который не хотел просто так расставаться с потенциальной жертвой. Я уже понимал , что придется идти в рабочие, чтобы зарабатывать более менее приличные деньги. Но не мог себе представить простую приличную работу за приличные деньги. Это хорошо представляли себе мои тесть и теща, которые мобилизовали все свои знакомства для поиска моего места в жизни.
Но главными были все-таки мысли не об этом. Я пытался преставить себя в роли отца. И мысли с ураганной скоростью сменяли друг друга. Радость и гордость сменялись страхом и сердце сжималость от боязни, что не справлюсь с этой ролью.

В этот вечер, 20 августа я возвратился домой поздно , в начале двенадцатого ночи, после проведения какого-то дурацкого вечера из цикла "Для тех, кому не с кем спать". Оленьки дома не было. Наверное у мамы, подумал я и не смотря на позднее время позвонил. Ее там не было. Ольги не было нигде - ни у знакомых, ни у подруг. Она исчезла. Я уже собрался звонить в милицию, когда неожиданно резко затрещал телефон. Я схватил трубку и услышал ее голос.
- Оленька, ты где? Я тут с ума схожу!
- Я в приемном покое первой больницы. Я вышла вечером погулять и у меня неожиданно резко заболел живот. Просто нестерпимо. Я не могла уже идти и страшно испугалась. Поймала такси и приехала сюда.
- Что сказали врачи?
- Я все еще жду. А здесь даже присесть негде. Мне так плохо. И я такая голодная. Ты можешь мне принести что -нибудь?
- Да, конечно, я сейчас. Соберу все и прибегу.

Бежать было далеко. Автобусы уже не ходили. Но в начале первого часа ночи я ворвался в приемный покой. Коридор , куда я вошел напоминал не приемный покой , а общественную баню. Духота, по стенам текли капли воды, в углах штукатурка обвалилась от плесени, а в воздухе кружили тучи комаров. Ольга с заплаканным лицом и закрытыми глазами стояла прислонившись спиной к стене, тихо стонала и покачивалась из стороны в сторону. За закрытой стеклянной дверью за столом сидели врачи и медсестры и пили чай, не обращая никакого внимания на происходящее в этом коридоре. После криков и ругани они, наконец, выдали Ольге табуретку , а еще через некоторое время завели в приемный покой и отправили в экстренную хирургию.
Утром, 21 августа , ей сделали срочную операцию и удалили аппендикс, который больше часа просто не могли найти. Из-за большого срока беременности , внутри все сместилось, да и Егорка вел себя очень активно и лупил ножками во всех направлениях.
Ожидание родов превратилось в постоянный стресс, потому что все очень боялись, как бы не разошелся шов при родах и не было других осложнений.

После операции Оленьку перевели в роддом,<....................> чтобы она была под постоянным наблюдением и ровно через месяц, 21 сентября, произошло то, что мы ждали со страхом, трепетом и надеждой. Родился наш маленький сыночек Егорушка.

21 СЕНТЯБРЯ 1986

К этому времени я уже целых два дня был пролетарием. По большому блату тесть устроил меня накладчиком (помощником печатника) в цех деколи металлургического комбината. Работа была действительно простой, как правда. Только я очень сильно изрезал руки о край гуммированной бумаги, которую накладывал в машину. Работающие на соседних машинах поглядывали в мою сторону с легкой ехидцей и в их глазах читалось "Ну-ну, гнилая интеллигенция, поработай ручками".
Вчера вечером я разговаривал с Оленькой как обычно через окно на втором этаже роддома. Необычным было только то, что говорили мы меньше обычного, потому что у нее закружилась голова и она сказала, что хочет лечь, потому что стала плохо видеть.
Смена у меня начиналась в 7 утра и я спокойно спал на незастеленном диване.
В полшестого утра раздался телефонный звонок. Меня буквально подкинуло на диване. И еще спящий, туго соображающий я прохрипел в телефон :
- Алло..
- Папочка Юрочка...
- Оля? Что случилось?
- Папочка Юрочка, я тебя поздравляю с Егорушкой, сыночком!
- Каким Егорушкой?
- Я родила тебе сыночка Егорушку.
- Как родила? Кого? Когда?
- В 4.40 утра Егорушку.
- А как шов?
- Все хорошо
- А откуда ты звонишь?
- Из коридора.
- Как из коридора?! Из какого коридора?! Ты же должна лежать!!
- А я сама вышла, чтобы тебе позвонить.
- И тебе разрешили?
- Они сказали, что роды прошли на 9 по десяти бальной шкале.
- А..А... А-а-а-а-а-а-а-а-а!! Ура!!! Я звоню дедушке и бабушке!! 

КОММЕНТАРИЙ ЕГОРА 2005 год

"Мама, а я все помню. Только для меня тогда это было по-другому. Хочешь расскажу?

Это был длинный коридор или проход, я не знаю как правильно сказать. Пол и стены его были неопределенного бело-стального цвета, окутанные струящейся дымкой, от одного взгляда на которую становилось очень холодно.

Я оказался там неожиданно. Я не знаю где был до этого. Этому месту нет и не может быть названия. Поверь, оно просто есть. И я там возник. Меня окружали сущности - мальчики и девочки."

- Мальчики и девочки?!

"Мам, не перебивай, если хочешь слушать.

Это были не люди, а сущности. У них , как и у меня не было тел, просто я знал, что это мальчик, а это девочка. Я был мальчиком и все мы двигались по коридору куда-то вперед. Почему вперед? А потому что сзади, из этой дымки, возникали новые сущности. Впереди нас встречали Хранители. Это была вечная очередь,которая не заканчивается никогда. И по мере приближения к Хранителям, мы все начинали трепетать в ожидании встречи с ними.

Это место заканчивалось глухой стеной, перед которой коридор разделялся на два - правый и левый. Хранители распределяли сущности по этим коридорам и я понял, что те, кого направляли в правый коридор, должны родиться, а те, кого направляли в левый - уничтожались. Я понял, что в правый коридор меня не пустят, и мучительно искал выход , как мне избежать левого поворота. Они не дожны были догадаться о том, что я понял . Я старался не трепетать, не подать вида, что все знаю. И решение пришло. За мгновение до того, как тень ближайшего Хранителя слева двинулась в мою сторону, я рванулся вперед , на глухую стену и прошел ее насквозь. Стена оказалась иллюзией. Я обернулся назад и увидел, что Хранители не ожидали этого от меня и застыли в растерянности. А потом я стал падать. Но мне казалось, что падаю слишком медленно и поэтому я побежал. Перебирая руками и ногами, я пытался ускорить свой бег. Сейчас я не могу понять как же я бежал, потому что мои ноги ни от чего не отталкивались , там была пустота! Но я бежал! И вскоре увидел красную точку, которая быстро приближалась ко мне. Одновременно я услышал шум сзади и крики : - Ловите его! Он не мог далеко уйти.

Хранители. Страх почти парализовал меня и я прекратил двигать руками и ногами и закрыл глаза. Единственным желанием было сжаться , превратиться в точку, чтобы меня не заметили. И тут же надо мной пронеслись их тени , которые улетели далеко вперед. Страх не отпускал меня и я, все еще не веря в свою удачу, по инерции влетел в красную точку.

Эта точка оказалась входом в какой-то странный лабиринт с кроваво-красными стенами. Я бежал по нему и мои ноги впервые чувствовали под собой опору и громко шлепали по какой-то красной жидкости. Потом вокруг все резко изменилось и я бежал через какие-то холмы, а за мной гналось чудовище и пыталось укусить за ногу. Неожиданно я оказался на окраине леса и услышал свистящий звук. Оглянувшись, увидел летящие в меня ножи. Наверное, это были Хранители. Я забежал за ближайшее дерево и оказался на крыше очень высокого храма. Люди внизу были похожи на муравьев. Я испугался этой высоты и зажмурил глаза. И услышал зовущий меня голос.

Я открыл глаза и увидел тебя, мама."




























































Смотрите также:

No related posts.