Безымянный 9714

Видение пронеслось перед его глазами и резкий скачок адреналина в крови, как пощечина, заставил его остановиться. Казалось, он физически почувствовал, как за мгновение до того металл скользнул по краю его пальто.
- Совсем обнаглели, понаворуют, понакупляют, и всё теперь можно, затянул где-то сбоку заученную песню какой-то дед, -зелёный же горит, куда прёшь, зараза. Это ж не мудрено – раз, и нет человека. Хоть бы притормозил, бес.
Это была «Хонда», Хонда «Пилот». Он никогда не разбирался в машинах. Ни за что не отличил бы «пятёрку» от «семёрки» - ему было плевать на автомобили. Но «Хонду» он узнавал всегда, просто идя по улице, сидя в трамвае, троллейбусе, катаясь на велике, вычислял её в толчее городского траффика, и даже безошибочно научился определять модели – вот это «Аккорд», а это «Цивик».Он знал это наверняка – потому что это была его машина. В детстве он мечтал о такой – не обязательно, что бы это был « Пилот», но обязательно, чтобы это была «Хонда». В самом звучании этого неведомого слова – «Хон – да!» - для него скравалось нечто такое, что как волшебное заклинание, способно навсегда изменить мир. Он и сейчас, наверное, хотел бы себе такую. Вот мечта чуть было и не стала реальностью.
Поток рассуждений, о неотложных делах, запланированных на сегодня, враз иссяк, и голова сделалась холодной и ясной, как покинутый в спешке дом. Внезапно он обратил внимание на то, что взрастающее солнце направило свои лучи в окна стоящей по ту сторону улицы школы под таким углом, что те, ослепляя смотрящего на них, казались непроницаемыми. Интересно было бы, если бы изнутри оказалось также, подумалось ему. Только одно единственное окно на четвёртом этаже, видимо, устанновленное под другим углом, позволяло увидеть в нём что-либо, кроме ослепительного блеска – в нем плыло безмятежное светло-синее небо, ровное, как только что выглаженный пододеяльник. Светофор загорелся красным, и он сделал шаг назад.
Если бы кто-нибудь в эту секунду поинтересовался его самочувствием, то он не нашёлся бы что ответить, а лишь продолжал растягивать рот в нелепой улыбке. Выглядел он, наверное, престраннейшим образом. Продолжая нелепо улыбаться, сщурившись, он внимательно изучал здание школы, как будто видел его впервые. Вдруг представилось, что это не школа вовсе, а космический корабль, вот-вот должный сорваться ввысь и навсегда унестись отсюда, так же внезапно, как за минуту до того перед его лицом пронеслась та «Хонда». Когда-то давно, ещё в пору его школьничества, он видел, как машина сбила человека. Это был какой-то работяга, возвращавшийся со смены на заводе с здоровенным пакетом шоколадных конфет. Хотя возможно, он шёл с фабрики, и конфеты были спёрты прямо с производства. Воображение само рисовало толпу орущей ребятни, замершей в ожидании у одного из окон микрорайона. Мужика отбросило метров на десять. Как новогодний салют, конфеты разлетелись во все стороны сразу, образовав вокруг бешено ревущих тормозами «наверное, жигулей» сказочный ореол. Через мгновение после того, как остановилась машина, а мужика перестало крутить по асфальту, конфеты рухнули вокруг них в радиусе метров пятнадцати. Ещё через пару минут кровь образовала почти правильную геометрическую фигуру диаметром раз в десять поменьше вокруг головы работяги. Тягостное чувство ещё неделю не отпускало его после той истории. Но сейчас ему не было ни страшно, ни тяжело. Наоборот – какая-то необьяснимая радость заставляла его смотреть на мир глазами пятилетнего ребёнка.
Выждав пару секунд после того, как загорелся зелёный, он ступил на зебру и направился вперёд, озарённый всё той же идиотской улыбкой. «Хон – да!» - проговорил он про себя, имитируя акцент самурая







Смотрите также:

No related posts.