допустим

Ну вот допустим, писатель. Он пишет. Разное и постоянно.
У него жена, с веснушками. Добрая и сердобольная. Вытирает пыль каждый день, исправно кормит обедом.
Вздыхает.
Иногда подходит и гладит его по плечу. А он пишет и пишет. Иногда о ней. Рисует с натуры ее чувства. Она потом читает и думает, что она с ним не зря. Чертит морщину рукой по его лбу, осторожно, чтобы не разбудить.
Сквозь сон он думает, что на лоб села муха.

Он исправно рожает героев. Селит их в свои книги, по трущобам, по домикам.
Когда у него нелады с интригой, он зовет Джозефа.
Джозефа из общежития на Сретенке.
Он эмигрант. У него лицо Энтони Хопкинса, и трость дедушки писателя. 
Джозеф очень мил на вид. Каждый день он гуляет с собакой Мартой. У него бежевые кеды и куртка-вельвет. Джозеф улыбается и говорит с легким акцентом: продавщица в магазине млеет,  выкладывает на прилавок грудь.
Джозеф делает чучела для музеев. Одно чучело он посвятил продавщице. Чучело выхухоли. С грудью.
Дом Джозефа - писательский рай. О нем можно повести и романы, рассказы и эссе.
У Джозефа была жена. Красивая, ее звали Линда. Ее фотография висит на стене в кабинете, над огромным столом с недоделанными чучелами. Куски пакли спят по углам, искусственные глазки любопытно смотрят на стену.
Но один глазик - человечий. Вымоченый в спирту. Писатель знает это.
Поэтому он и приходит к Джозефу.
Обычно, ночью, усталый и вспотевший от напряга. Он нервно звонит в дверь и вытирает лицо платком. Джозеф нехотя встает с кресла, откладывая в сторону альбом со старыми открытками. Кряхтя открывает двери, и через цепочку молча смотрит на писателя.
Писатель дает Джозефу конверт.
Его руки трясутся.
Он хочет курить.
Джозеф качает головой: нельзя курить.
Писатель кивает. Кивает на конверт.
Уходит.

Джозеф не торопится. Он заваривает чай, кладет на тарелку печенье. Смотрит передачу про слонов и ждет.
Долго моется под душем. Напевает, возможно, Синатру.
Надевает халат, выключает везде свет. Заходит в спальню, расправляет кровать, но вдруг разворачивается и уходит в кладовку.
Открывает ее ключом.
Зажигает свет.
И открывает конверт. Читает. Вздыхает.

Освещает полки кладовки дополнительным фонарем. Кладовка полна инструментов. Прекрасных, ухоженных инструментов. Начищенных ломов и пистолетов, отмычек, ядов, гранат. Чуть выше -  паяльники, электроплитки, хлороформы, глушители, иглы, удавки, маски, бороды, шляпы и кляпы, наконечники, стрелы и арбалет. 
Джозеф бросает письмо на полку. Берет пистолетик и топает прочь.
Он спит, как младенец, ему снится зверюга: новое чучело речного бобра.

Завтра писатель напишет убийство.
Джозеф выкроит время для прогулки по парку.
А потом пойдет делать речного бобра.
Конец.
































Смотрите также:

No related posts.