Дорога

Дорога

Недавно мне пришла в голову мысль, что даже когда у человека уже ничего не осталось, у него всегда  остается красота окружающего мира. Что вот я иду по парку, надо мной где-то далеко вверху смыкаются кроны деревьев в рассеянном свете, у меня есть красота, молодость, я относительно многих обеспечена и здорова, я иду на концерт, я умею чувствовать, радоваться, быть счастливой. А рядом со мной идет старушка, совсем старенькая и бедно одетая, у нее нет ничего из того что есть у меня, кроме этого мира вокруг. И когда я буду такой же, и у меня не останется ничего, только ожидание смерти, у меня по-прежнему будет этот мир, но только если я не потеряю способность его слышать, не потеряю способность  быть счастливой. А как просто ее потерять… К горлу подбирается страх и паника, мир кажется враждебным и опора уходит из-под ног…

По большей части то, что я говорю мне захотелось сформулировать после фильма «Дорога», сразу говорю совершенно проходного, я вообще зря на него пошла, но тем не менее. Там постапокалиптический мир, этого добра в фильмах и книжках навалом, но тут характерная особенность в том, что у окружающего мира словно разом отняли всю красоту. В любом, даже самом урбанистическом и заброшенном пейзаже есть небо, которое делает его не таким уж ужасным, а часто и привлекательным. Даже заключенные из окошка темницы или во дворе для прогулок могут увидеть кусочек голубого неба, а тут отняли и этот кусочек (это я вспомнила «De profundis» Оскара Уайльда).  А в фильме и верх и низ – одна сплошная серая свалка. И людоеды бегают (кстати людоеды вымрут быстро, на одном мясе долго не протянешь).

И вот на протяжении всего фильма задается вопрос – для чего жить в мире где нет ничего хорошего, ну то есть совсем ничего. И мне этот фильм не дал ответа. Но зато дает ответ на вопрос «что остается когда ничего не осталось» - человечность. Но ответ этот робкий и неубедительный, как будто стеснительный ученик с задней парты один из всего класса знает ответ и почти шепотом его произносит. И хочется как учительница подбодрить его как-то – ну же Джон, повтори это громче для всего класса, обоснуй свой ответ. Но Джон краснеет, бледнеет, приводит семью какую-то неправдоподобную с несъеденной собачкой и больше ничего вразумительного от него не добьешься. И поэтому пока лучшим ответом на вопрос «что останется» для меня остается ответ нынче подсудимого Романа Полански в «Пианисте». Трудно выразить этот ответ словами, по сути то что я написала вначале это такое подмножество этого большого  и правда же, прекрасного ответа.


Смотрите также:

Вам это будет интересно!

  1. Долгая дорога домой. Часть 1.
  2. Дорога домой
  3. Дорога
  4. Калининград (волюм 1). Дорога туда
  5. Джон Фанте. «Дорога на Лос Анжелес»; «Подожди до весны, Бандини».

Дорога

Вчера вечером наблюдала, как люди готовятся в дорогу: автобус рюкзаки, куча-куча всяко-разного багажа. Жара спадает, темнеет, небо из ярко-разноцветного превращается постепенно в спокойное сиреневое. Люди собираются и не обращают на меня никакого внимания. А я отчаянно хочу с ними. Они поедут куда-то на Север, ехать будут всю ночь, а через три дня вернутся обратно. Сутки в пути ради трёх дней. И всё же я хочу с ними. В дорогу от Москвы до какого-то серверного местечка. Не столько из-за этих трёх дней, а дороги ради.

Чтобы посмотреть на придорожные деревни, бабушек с ягодами-грибами-рыбкой, пролетающие мимо или наоборот еле ползущие фуры, леса-поля-речки. Чтобы поболтать с товарищем, который заколебался уже рулить-третий-час-скорее-бы-уже-доехать, подремать в позе буквы зю, похныкать, что негде сделать санитарную остановку, потому что по обе стороны дороги – болотца по пояс. Чтобы проштудировать карту и выучить маршрут, и отсчитывать оставшиеся километры по указателям расстояний.
Или в поезде подремать под ритмичный стук колес. Потом долго глазеть в окно - там тоже леса-поля-коровы-речки. И разваливающиеся городки, или вполне себе цветущие и ухоженные. Потом почитать книжку, задремать - и по новой: посмотреть в окно, пройтись за чаем к титану, и обратно, обжигая руки и расплескивая кипяток, книжка, прогуляться в последний вагон и долго смотреть в окошечко на убегающие столбы, провода, рельсы.
Или смотреть как под крылом самолета стремительно уменьшаются дома и машины. И вжиматься в кресло в каждой воздушной яме. И облака, нет, даже горы облаков. Или золотые паутинки огней, если летишь поздно вечером. А потом на посадке молиться, чтобы поскорее отпустило заложенные уши. А если возвращаешься в Москву и садишься в Шереметьево – внимательно рассматривать, где же Дмитров? Над ним в любом случае делается небольшой круг перед посадкой, и можно рассмотреть и вал с собором, и монастырь, и ДК на пригорке, а если очень повезет – поляну и наш участок и оба дома и даже мою яблоню.
Иногда мне хочется поехать куда-нибудь только для того, чтобы ехать – поездом машиной, автобусом, лететь на самолете – не важно как, но быть в пути. Хотя бы полдня. Ощутить приятное волнение в точке А и радость завершения пути в точке Б. Потом передохнуть - и обратно, или дальше. Кочевой образ жизни. Откуда может быть у меня, белобрысой славянской морды, тяга к кочевничеству?








Смотрите также:

Вам это будет интересно!

  1. Дорога домой
  2. Дорога – выражение агрессии или свободы
  3. Долгая дорога домой. Часть 1.
  4. Джон Фанте. «Дорога на Лос Анжелес»; «Подожди до весны, Бандини».
  5. Калининград (волюм 1). Дорога туда