Друзья врагов и враги друзей

Друзья врагов и враги друзей

 Друзья врагов и враги друзей… Кто был с нами и кто против нас в годы Великой Отечественной

Друзья для меня враги

Какую годовщину мы будем отмечать 22 июня – напоминать не надо. Но подобно тому, как в 1812-м в Россию вторглись не только французы – армия Наполеона состояла из «двунадесяти языков», – так и 70 лет назад немцы нападали не в одиночку.

Потом из новых политических соображений мы кого-то из тогдашних своих врагов простили и возлюбили, кого-то из друзей отвергли. Но День памяти и скорби – дата особая. 22 июня 1941 года нас пришли убивать. Так зачем же совсем уж забывать, кто тогда вместе с вермахтом перешагнул наш порог? И кто – пусть в силу обстоятельств! – стал на нашу сторону?



Добровольцы

  

Откроем карту мира тех лет. Вот наш самый северный сосед – Норвегия.

16 августа 1943 г. тогдашний премьер-министр Норвегии Видкун Квислинг запоздало объявил войну СССР. Что было официальным оформлением давно существовавшей реальности. Сразу после 22 июня 1941 г. в стране был объявлен набор добровольцев – ехать сражаться в Россию в составе германских войск. Уже в июле 1942 г. под Ленинград прибыли первые подразделения эсэсовского легиона «Норвегия». Всего же на Восточном фронте норвежцев перебывало до шести тысяч.

А еще были такие добровольцы-легионеры из Дании, Нидерландов, французы, бельгийцы, шведы, португальцы… Это все ребята, которые реально в нас стреляли. Тут что существенно? Ладно какие-нибудь, условно говоря, финны тогда имели право говорить о счете к нам – «зимняя война» 1939–40 гг., утрата территорий... Но португальцам Советский Союз чем в суп плюнул?

Регулярные части



Квислинг и раньше бы войну объявил, да формального права не имел. Он возглавлял марионеточное правительство. При этом, пусть на бумаге, но оставалась законная высшая власть – король. Но популярный среди подданных Хокон VII после захвата немцами своей страны в июне 1940-го отбыл в эмиграцию в Лондон и оттуда руководил силами, не пожелавшими смириться. Понадобилось время для политических манипуляций – отрешения монарха от власти (объявлялось, что временного), роспуска парламента.

Другим гитлеровским союзникам было легче. Тамошние режимы давно ориентировались на немцев. 22 июня вместе с Берлином нам объявили войну Италия и Румыния, 23 июня – Словакия, 27 июня – Венгрия. Выше мы говорили о добровольцах. Так вот эти страны направили против нас регулярные армии.

Еще, напомним, с нами воевали Финляндия, Хорватия и Испания (Франко послал «Голубую дивизию»). Болгария, хоть и состояла в союзе с Германией, войну не объявляла и войска не посылала. С Японией (членом «оси Берлин – Рим – Токио») до апреля 1945-го у нас действовал Договор о ненападении.

Территориальные претензии к СССР имели Румыния и Финляндия. Итальянцы сюда поперлись в порядке провозглашенного Гитлером общеевропейского «крестового похода против коммунизма». Франко заявил, что мстит Москве за гражданскую войну в Испании (1936–39), венгры – за революцию 1919 года. Словакия и Хорватия просто самоутверждались как «молодые государства».

Про прибалтийские, украинские, грузинские, армянские и прочие национальные эсэсовские части сейчас не говорим. Они формировались из граждан СССР. Это, так сказать, свои – подобно власовцам, красновским казакам… Но мы в данном случае не о предателях.

Необходимые примечания



Мы сейчас не обсуждаем, почему та или другая страна оказалась в 1941-м в лагере наших врагов. У всех найдутся свои объяснения, реплики же типа «На себя посмотрите», «а Советский Союз до этого…» требуют ответа. Начнется перепалка, в которой завязнем. Так что давайте проще. Вы 22 июня были рядом с немцами? Были. Ну и все.



И еще. В каждой из стран, пошедших на СССР вместе с Гитлером, имелось Сопротивление. Где-то символическое. Где-то реальное. Где-то больше симпатизировали Москве, где-то – англичанам и американцам. В любом случае эти люди боролись с самой античеловеческой силой ХХ века. Они спасли честь своих народов.



Принуждение к миру



Впрочем, прибалтийские страны все же вспомним. Перед войной, как известно, туда вошли советские войска (15 июня 1940 г. в Литву, 17 июня – в Эстонию и Латвию). Далее последовало вхождение этих государств в состав СССР, репрессии против зажиточных слоев населения, чиновников…

В репрессиях ничего хорошего нет. Вхождение в СССР – тема особая, ведь многие здешние жители благодаря ему получили возможность нового «социального лифта». Не зря в войну в составе Советской армии геройски дрались Эстонский и Латышский стрелковые корпуса, Литовская дивизия. (Литва, напомним, в результате «советской оккупации» территориально вообще очень даже выиграла: ей достались пребывавшие «под Польшей» Вильнюс и Клайпеда, которую перед войной литовское правительство «добровольно-принудительно» отдало Гитлеру.) А насчет ввода войск…

Раз сидим над картой… Видите замечательную страну Исландию? 10 мая 1940 г. (больше чем за месяц до нашего вхождения в Прибалтику) в Рейкьявике высадились англичане и заняли «остров вулканов». Заметим: чужое вполне независимое государство (если точно, Исландия пребывала в унии с Данией, а Данию захватили немцы). Местное правительство возмущалось, но ему вежливо объяснили: не может Лондон себе позволить, чтобы ваша территория досталась Гитлеру. Исландия – важнейший пункт на атлантических коммуникациях, а речь сейчас идет о выживании уже нашей страны. Не хотите проблем – тихо заткнитесь.

Исландцы проблем не захотели.

Англичане и ныне не комплексуют, что тогда повели себя не по-джентльменски. Они действительно спасли тем самым свою родину. Вскоре началась воздушная «битва за Англию», но в Исландии немецких аэродромов не было. А потом всю войну через нее шли на Альбион (а потом в СССР) американские конвои. Покинули Исландию английские войска через год, когда опасность спала – но, передав остров (местную власть вынудили подписать соответствующий договор) под контроль войск США. А те ушли отсюда лишь в 2006-м.

Разумеется, англичане (и американцы) обошлись без ГУЛАГов. Правда, везде своя специфика. В Исландии и намека не было на возможность появления «пятой колонны» – а то бы британская контрразведка не церемонилась. Наша вина (и беда) в Прибалтике, что вместе с виноватыми, нередко карали и безвинных. Есть такое «родимое пятно» на всем сталинском строе. Но сам факт ввода войск в обстоятельствах того времени… Да кто ж без греха!

Это вообще горькая истина: когда речь идет о жизни и смерти твоей страны – эмоции побоку. Бросим взгляд на Иран. 25 августа 1941 г. во исполнение совместной операции «Согласие» советские и британские войска сюда вошли (иногда ломая вооруженное сопротивление), взяли под контроль нефтяные месторождения и зону, по которой позже пролег транспортный коридор для переброски в СССР ленд-лизовских грузов. А что делать, если шах Реза Пехлеви демонстрировал симпатии к нацистской Германии и появление в Иране вермахта выглядело весьма вероятным? Англичане тогда шаха свергли, отправили в ЮАР – где тот и умер (см. «АН» от 21.02.11).

Логика обстоятельств



Роясь в литературе, листая подшивки тех лет, сегодня интересно подмечать – кто вообще тогда считался союзником СССР, а кто врагом. Ведь вместе с нами странам «оси» противостояли страны антигитлеровской коалиции, прежде всего – Англия и США. У них имелись свои геополитические интересы, свои друзья и недруги. Интересы нам пришлось уважать, друзья друзей объективно становились нашими друзьями, недруги – недругами.

Многие факты того времени сегодня воспринимаются как забавные исторические казусы – ведь потом оценки поменялись на 180 градусов. Скажем, в 1941-м, для СССР «товарищем по оружию» стал президент Кубы Батиста – тот самый «диктатор Батиста», которого потом сверг свободолюбивый Фидель. Что ж, Батиста – традиционный «американский сукин сын», США он и помогал. В войну кубинские катера участвовали в охране акватории, по которой шли американские транспорты – в том числе с грузами для СССР. Кубинцы даже засекли и потопили одну немецкую подлодку – небольшой, но реальный вклад в общую копилку Победы.

В том же 1941-м войну Гитлеру гордо объявила крошечная Коста-Рика. Был анекдот: когда фюреру об этом доложили, он долго искал нового противника на карте и не нашел: именно там сидела муха. В боевых действиях Коста-Рика не участвовала, солидаризировалась с нами сугубо морально, но все равно – спасибо.

А, скажем, благородный Ганди, хоть Гитлеру и не симпатизировал, но продолжал бороться в Индии с «британским колониализмом». Попал в тюрьму, начались беспорядки, на их подавление англичане бросали войска, так нужные для борьбы с немцами.

Идейного вождя палестинских арабов иерусалимского муфтия Амина Аль-Хуссейни (дядю Ясира Арафата) после войны военным преступником объявил недавний командир югославских партизан Иосип Броз Тито. Не за то, что Хуссейни встречался с Гитлером, призывал убивать побольше евреев, был агентом германской разведки. А за то, что муфтий сформировал из боснийских мусульман эсэсовскую дивизию «Ханджар», которая, воюя с партизанами Тито, совершила массу «отвратительных зверств» против мирного сербского населения. К созданию другой подобной дивизии – «Скандербег», из косовских албанцев – Хуссейни тоже приложил руку.

Тем временем Чехословакия ковала оружие для вермахта, Дания и Франция поставляли продовольствие – список можно продолжать долго. Лишь две европейские страны – Польша и Югославия – вели борьбу с захватчиками всерьез. И, подчас ненавидя друг друга, бок о бок общее дело делали «промосковская» Гвардия Людова и «пролондонская» Армия Крайова в Польше, коммунисты-партизаны Тито и четники-монархисты Драже Михайловича.

Это после перелома в войне настроения начали стремительно меняться. Итальянцы в июле 1943-го свергли Муссолини, летом 1944-го штыки против немцев повернули финны, потом румыны… Чем ближе был победный май 1945-го – тем больше стран хотели считаться членами антигитлеровской коалиции.

Но мы сейчас вспоминаем год 1941‑й.

 

Георгий Дежкин 

 

(источник - «Аргументы Недели» )








































Смотрите также:

Вам это будет интересно!

  1. «Друзья школы 1308″.