не лондоном единым или туманы по-стамбульски

не лондоном единым или туманы по-стамбульски

Открываешь книгу Памука и ты уже в тексте с головой, как Алиса в зазеркалье падаешь куда-то на невидимое но ощутимое теми самыми фибрами души дно, буквы обволакивают тебя со всех сторон, их вроде как не 33, а миллионы миллиардов, и ты чувствуешь себя так же по-дурацки, как лягушка в банке молока, или в стакане ракы, почти захлёбываешься образами и ассоциациями в попытке дочитать до конца еще одно бесконечное предложение, и ты уже не помнишь, что было в его начале, и, что интересно, тебе на фиг и не нужно это вовсе, потому что объем гигабайт памяти в твоей голове уже и так взорван этими печатными знаками, и самое разумное в данной ситуации - так и недочитав, предвкушая еще одно разоформленное сознание, захватить книгу с собой на чай-пиво с подружкой..., но, см. предыдущий пункт, твой мозг уже не совсем твой и совсем не мозг, и ты не хочешь и не будешь остановливать себя, потому что тебе это нравится, не так ли мой маленький извращенец, потому что на том самом невидимом дне, к которому тебя так неизбежно притягивают буквы, находится грань между отвращением и удовольствием, эдакий «сэлям» от старика Памука старику Мазоху, и ты снова и снова переворачиваешь страницы, и снова и снова твой мозг расчленяют, квантизуют и развеивают по всей световой вселенной миллиарды деталей возникающих из ниоткуда и, о, боги, слава вам, уходящих в никуда...

Это был эпиграф к мысли о том, что стамбульские туманы – они как проза Памука.

Туман в Стамбуле – это особый ритм жизни города, особое состояние души. Под словом туман не подразумевается предрассветная получасовая кокетливая дымку. Туман – это туман. И это, возможно, несколько дней в тумане. Акварельная панорама на 360 С с силуэтами людей, зданий, холмов днем, пятнами света от неоновых огней ночью, и общая цветокоррекция в розово-ало-сиренево-малиново-пшенично-желто-огненной гамме на рассвете и закате.

Это всё, что остается от 15(?) миллионного города во время тумана. Собственно, ты город-то толком и не видишь в это время. Но точно знаешь, что он есть. Зато во время туманов точно не ходят пароходы по Босфору и у местных маршруток «долмушей» в этой связи полный аншлаг, еще больше пробок на мостах... Но не это главное. Тут умеют использовать туман с пользой для дела. И я тоже стараюсь не отступать от местных традиций.

Например, туман – это прекрасный повод подвиснуть в гостях на азиатской стороне на уик-энд, и, отпив эфесу или чаю из маленького стеклянного турецкого стаканчика, непременно отправиться на ночную набережную Моды с великой миссией: проверить, на месте ли Босфор. А то в ночном тумане его совсем не видно... А потом, с чувством выполненного долга и стратегическим запасом эфеса, продолжить беседы за жизнь на кухне, сидя у окна, за которым обычно были ночь, улица, фонарь, минипекарня и тату-салон в доме напротив, а сейчас – там только туман, улыбаться мысли о том, что в паспорте ёжика в тумане наверняка стоит отметка «турецкоподданый», и не обращать внимания на вечерние новости по всем каналам из туманного аэропорта Ататюрка, в котором самолеты тоже не летают во время тумана, и туристов совсем не радует этот дивный повод остаться в Стамбуле...

Примечания:

Эфес – нормальное турецкое пиво. От всего остального местного пива даже в количестве пара банок ДИКОЕ похмелье, поэтому эфес рулит.
Орхан Памук – великий турецкий писатель, нобелевский лауреат и беженец. Живет в США, ибо не все турки заценили его литературные труды.
Леопольд фон Захер-Мазох – великий украинский писатель. Stambulski muzikalni kanal
Мода – район в азиатской части Стамбула.

p.s. На фото - брат стамбульского тумана - туман анатолийский, обитает в центральной Турции. Туманы босфор

Stambulski muzikalni kanal





Смотрите также:

Вам это будет интересно!

  1. Не РАО единым… перепост