Новое образование…

Южный федеральный университет. Для кого и для чего он создан? Как соорудить эффективную связь с работодателями, обществом? Как определить место ЮФУ в окружающей среде?

Размышления обывателя на основе компиляции доступных материалов.

 

Много чего пишут про ЮФУ критического, но отчего то не разу не возникал вопроса: а для кого универ то вааще создан? Для чего? Не будем говорить о концепциях и другой документации, которая по большому счету и не доступна ни широкому обывателю, ни в том числе будущим абитуриентам, нынешним студентам. Не говоря уж о собственно потребителях услуг университета, коими являются не только так называемые работодатели, но и сотрудники самого университета. Мысль о такой компиляции возникла в связи с поручением мне обдумать систему связи с работодателем. Но, этот на первый взгляд простой, вопрос организации взаимосвязи университета с работодателями неожиданно для себя самого стал весьма и весьма интересным, поскольку позволил заглянуть в сферы, которые до сих пор были практически неизведаны. Но, тем не менее, на практике с ними сталкивался и неоднократно, более того, как оказалось, кое в чем даже преуспел, путем собственных умозаключений, пришел по существу к тем же выводам, с которыми ознакомился недавно. Ознакомился, правда, уже практически в форме Учения, и авторы достаточно известны и авторитетны, но… И в этом отношении образовался некий склад размышлений, мыслей, домыслов, фраз, идей, которые, по всей видимости достигли критической массы и определенно потребовали своего упорядочивания. Упорядочивание привело к любопытному, на мой взгляд, результату, хотя и не неожиданному. Стало ясно многое в движении университета Ростовского государственного к Южному федеральному, и проясняется суть движений руководящих и не очень сотрудников университета. Проявляется проблематика сотрудников университета в целом и моя в частности. Возможно, что в результате определенного анализа созреют и перспективные пути снижения проблемного пресса.

Короче, жаль, что эта тема раньше не повстречалась.

Жаль и то, что, скорее всего, как и с другими моими отчетами, предложениями, никто в университете не ознакомится. А было бы интересно проговорить все те аспекты, которые возникли в ходе подготовки данного «опуса». Если кто и станет читать, то прошу не воспринимать сие как «исследование» или, паче того, рекомендации или, не дай Бог, как критические заметки. Так что …пишу для себя, по крайней мере, интересно.

Ну, так вот. Если уж рассматривается вопрос о создании эффективной взаимосвязи с работодателем, то наиболее простой способ встать на место этого самого Работодателя и постараться самому сформулировать требования к выпускнику нашего федерального университета. Как университета НОВОГО типа. Благо, что опыта руководящей работы хватает, в том числе и в области инновационных наукоемких технологий. Вполне хорошо помню, кого и как искал и для чего. Помнится хорошо и те ощущения, которые появлялись в связи с приходом того или иного нового сотрудника, какие мысли появлялись, типа: А хорошо бы, чтобы он …и т.п. На памяти еще и собственный опыт понимания своей новой роли, выражаясь словам академика Алдошина С.М. в уже далеком 2002 году в Черноголовке, «научного менеджера». Впоследствии не раз слышал подобные определения в свой адрес, но исключительно в московских академических кругах. В то время, когда на собственной коже прочувствовал особенности отечественной инноватики. Что мне надо было сделать, дабы привлечь не бизнес в инновационную сферу, а напротив - научные кадры, а уж потом налаживать мосты и с бизнесом различного уровня, вплоть до олигархов. Пришлось вспоминать личные беседы во всех эшелонах власти от районной администрации крупного промышленного центра на Урале до структур Совета Безопасности РФ. Во всем этом ворохе воспоминаний вполне определенно просматривается одно существенное обстоятельство, которое чрезвычайно мешало мне, и коллегам (по их же признаниям) в пост-перестроечный период(это важно!!! Ибо только в нем выявилось): отсутствие четкого представления о том, в чем состоит единство разных предметных областей, в которых пришлось работать. Мы все являемся продуктом общеобразовательной школы, стандартного вуза, в которых, как показывает сегодняшняя практика, система преподнесения материала традиционна, то есть уроки в школе и лекции в вузе строятся в соответствии с монопредметным принципом и материал преподносится и изучается в логике какой-то одной предметной дисциплины. Но тогда они были объединены некими блоками, тем или иным «Знанием». Эти блоки, за время прошедшее с той поры, фактически были разрушены. Хотя кое-где и остались. Например, на первых курсах РГУ. Связи между традиционно разделенными предметами ни во время уроков/лекций, ни после никем специально не выстраиваются. В каждой предметной области обучающиеся получают свое идеализационное наполнение и идеализационную картину. Но освещению того, КАК были порождены эти идеализации, КАКОЙ способ мышления стоит за каждой из них, В ЧЕМ данные способы сходны и ЧЕМ они отличаются, какую координатную сетку других предметов и иных понятий тянет за собой ИМЕННО ТАК выстраиваемая идеализация, - всему этому никто не учил. Тогда такой остроты это не имело, но сегодня…Если ещё 30-50 лет назад подготовка в вузе к профессиональной жизни была достаточна и этой подготовки на 20-30 лет хватало, то сегодня дело обстоит гораздо иначе. Очевидно и другое: в прошлом образовании трудно уличить, кого бы то ни было, что оно было плохим образованием. Ведь всем понятно, и это сегодня очевидно, что в «стандартных» школе и вузах раньше давали «лучшее» знание (баз сарказма). Так отчего ж его стало не хватать сейчас? Ведь вполне отчетливо осознается, что сегодня, в начале нового века миссия тотальной подготовки к профессиональной жизни элементарно не выполнима. Надо ли говорить, что современный мир очень динамичен, новые сферы дея­тельности возникают очень часто, на протяжении жизни одного поколения. Могут происходить серьезнейшие структурные перестройки экономики. По­этому современному специалисту необходимо быть готовым к тому, что полученного первоначального образования будет недостаточно и придется на протяжении жизни постоянно доучиваться и переучиваться. Соответственно, происходят по­стоянные изменения на рынке труда; увеличение скорости изменения мира труда; динамика развития рынка профессий; постоянные изменения статуса многих профессий. Анализ показывает, что в настоящее время российское общество отходит от концепции монопрофессиональной жизни, когда самое почетное - всю жизнь трудиться на одном рабочем месте, когда особой ценностью обладает так называемая «одна строка в трудовой книжке». В этом смысле, «вариант» (когда почетным было закрепиться на одном рабочем мес­те (предприятии), окончив вуз и служебно двигаться только внутри кон­кретного предприятия) в России уже не осуществляется.  

И чтобы разобраться, отчего те знания, которыми мы обладали и которым нас научили не дают должного эффекта сегодня, естественно возникает вопрос о сущности самого понятия «знания». Понятие это философское…но попробуем разобраться. Воспользуюсь материалами Сергея Переслегина. Дело в том, что в познании, как, впрочем, и в образовании, существуют три деятельности, которые противоречат друг другу и дополняя друг друга. Это: распаковка, компактификация, коммуникация. Распаковка - это ситуация, когда вы из небольшого числа общих положений делаете конкретные выводы. Скажем, Шерлок Холмс всю свою жизнь занимался распаковкой. Он, исходя из собранных им фактов, используя дедуктивный метод рассуждений, приходил к конкретным выводам. Все ОКРы и НИОКРы - это распаковка научных исследований. Вообще, 99,9% современной науки занимается распаковкой(С.Переслегин). Следовательно, что второму, альтернативному, действию не уделяется достаточного внимания. Второе действие - это компактификация. Это работа со знанием таким образом, чтобы эти знания можно было изложить в краткой понятной форме. Когда-то Ричарда Фейнмана спросили: если бы вы знали, что цивилизация погибнет, и нужно оставить будущим поколениям только одну фразу, что бы вы написали? Он ответил, не думая ни секунды: “Всё состоит из мельчайших частиц, находящихся в непрерывном, хаотическом движении”. Когда его спросили “почему?”, Фейнман сказал “В этой фразе заключена вся термодинамика и вся молекулярно-кинетическая теория вещества, то есть добрая половина физики”. Эта “добрая половина” развертывается методом распаковки.

Так вот, современный мир не упакован и не компактифицирован. И вы не можете ни правильно учить детей, ни правильно общаться с элитами, потому что знания, которые у вас есть, существуют в некомпактифицированной форме. Исключения редки, хотя и есть.

Ну и, наконец, третья форма - это коммуникация. Это - донесение полученной вами информации до любого другого. “Познание”, как базовый социосистемный процесс, не обозначает тот факт, что вы лично что-то узнали. Это означает, что социосистема что-то узнала. Коммуникативные методы на Западе развиты лучше, чем здесь у нас, но и там они находятся на пещерном уровне.

Таким образом, если мы понимаем, что прежняя структура получения знания не соответствует сегодняшним вызовам, то мы должны сделать структуру, симметризованную по этим трём процессам и трем деятельностям, создать институт, который поддерживал бы связи между ними. Для этого требуется принципиально новая система управления знаниями. Это первый вывод.

Вывод второй. Мы должны понять, как выглядит компактифицированное знание. И для этого нам придётся ввести совершенно отдельную категорию. Её и называют так - “Знание”. “Знание” - это системно организованная совокупность научных дисциплин, обладающая - именно в силу своей системной организованности - собственной онтологией. Принципиальное отличие “Знания” от научной или предметной дисциплины именно в том и состоит, что “Знание” обязательно имеет собственную онтологию, порождает картину мира. Так вот, оказалось, что принципиально различных “Знаний” на свете довольно немного. Всего на данный момент времени отечественным исследователям удалось найти их шестнадцать, причем только три “Знания” сколько-нибудь описаны, ещё четыре описаны, но плохо, остальные девять не описаны вообще.

Попробуем обрисовать одну из форм «Знания», заодно ответим на возникший вопрос. По большому счету и в Советском Союзе, и в России с системой образования и ее связью с познанием, дело обстоит немножко лучше, чем в остальном цивилизованном мире. Дело в том, что не то случайно, не то чудом, не то чьей-то сознательной волей, но советская система образования жёстко транслировала учащимся, по крайней мере, одно, а при особом везении, даже два-три “Знания”. И каждый из нас с этим сталкивался.

Первое “Знание”, которое успешно транслировалось почти всем, было географическим. Что это такое? Это сочетание наук: географии физической, географии экономической, геоэкономики, климатологии, некоторых элементов палеоклиматологии, безусловно, геологии, которая в старой советской школе называлась “природоведением” и, иногда, “естествознанием”. Получался набор где-то из семи или восьми учебных дисциплин, которые имели гениальным образом найденную точку “сборки”. Этой точкой сборки оказалась изучаемая в пятом, ныне в шестом классе, физическая география. Вокруг физической географии, во-первых, прекрасно формировалась вся остальная география: материки и океаны, страны и народы, цивилизация, города, мировая торговля, течения и господствующие ветры. В пятом классе мы учили понятие “муссонный климат” и понимали, что такое западный атмосферный перенос. Здесь в географию входили кусочки физики. Имеются в виду газовые законы, связывающие температуру и давление газа. Сюда же добавляются кусочки биологии (хотя бы в раздел, описывающий климатические пояса и высотную зональность) и немного материала по геологии: где что находится, и какие ископаемые добываются, что такое дрейф материков и срединные океанические хребты. Сюда же, получается, входят кусочки истории. Если есть страны и народы, то это сюда точно попадёт. То есть, вокруг физической географии группируется целый пласт учебного материала. Причём эта точка “сборки” приходится на возраст 11 лет, она начинает работать с еще совсем юными людьми. И на практике географическое “Знание” - это характерное знание советского школьника. До известной степени оно и сейчас сохранилось, правда, похуже, чем раньше.

 Второе “Знание”, которое советские школы давали с очень большим трудом и “со скрипом”, но всё ж таки пытались дать - это историческое знание. Это история. Это историческая география. Это философия истории. Это элементы лингвистики. Это элементы антропологии. Тоже шесть или восемь дисциплин. В отличие от ситуации с географией тут всё похуже. Тут были большие проблемы с точкой “сборки”. Дело в том, что в советское время точкой “сборки” был исторический материализм, то есть марксизм, то есть историософия. А вот именно его в школе давали совершенно неправильно. Поэтому “Знание”, в общем то возникало, но как раз в том месте, где оно должно было собираться, возникала “дырка”. Как результат, советское историческое знание собиралось не вокруг философии истории, как это предполагалось, а вокруг истории древнего мира, которая оказалась лучшим учебником и была наиболее системно изложена, причем в философском ключе.

Третье “Знание”, которое советская школа пыталась давать, было физическим. Это физика со всеми её основными разделами. Некоторая часть математики. Какое-то количество химии и плюс ряд технических дисциплин, которые перечислять не буду. Здесь возникала та же самая проблема. Дело в том, что физическое знание имеет естественной точкой “сборки” физический эксперимент. А его в советских школах почти не было. Поэтому физическое “Знание” тоже, в большинстве случаев, оставалось без точки “сборки”.

Отсюда результаты. Одно “Знание” дано полностью. Еще два “Знания” - частично. Кстати говоря, очень неплохой вариант. Из этих трёх “Знаний” можно было собрать непротиворечивую, рабочую картину мира. Причём, картину современного индустриального мира с его системой связей. И этого ТОГДА хватало! Тогда…Кстати, заметили, что вопросы биологии, экологии и т.п. как то не просматриваются в этих блоках «Знаний». Возможно, и в этом кроются наше общественно не применяемое экологическое мышление/сознание сегодня? А ведь это произошло практически по той же причине, что и физическим «Знанием», только если в том случае, проблемы были из-за отсутствия полноценного эксперимента в процессе обучения, то в случае биологического, учить просто невозможно без полевой практики, без школьного дендрария или ботанического сада, вне регулярного постоянного общения с природой в природе. Ущербность преподавания предметов этого направления без полевой практики было оценена во всем мире достаточно давно и это послужило стимулом чрезвычайного развития таких структур как биостанции, ботанические сады (только в США более 400 ботсадов, не считая чрезвычайно разветвленной сети биостанций, биополигонов и т.п.). В РФ, этого не произошло и не происходит. Попытки как то скомпенсировать этот «пробел» в учебном процессе путем организации экологических лагерей и т.п., к сколько нибудь значимым успехам не привел. Да собственно, и не мог привести ввиду своей «одноразовости» и узкой целенаправленности на весьма узкую группу учащихся. Ради справедливости надо отметить то обстоятельство, что когда весь мир по существу проводил рекогносцировку системы образования в соответствии с требованиями времени (90-е годы), в России было не до этого. В результате Ваш покорный слуга, как и многие его коллеги до настоящего времени, окончив вуз, как были, так и остаются в неведении относительно исходных принципов устройства знаний и, в частности, понятий и идеализаций, на которых базируется их понимание и восприятие мира. Если только жизнь пинками не заставила бы заниматься этими вопросами самостоятельно. На свой страх и риск. Благо в те времена было распределение и все выпускники попадали в сферу деятельности, под которую как-то были «заточены». Но в последние 15-20 лет, проблема выпускника становится в том, что ему приходится учитывать и реально переходить из сферы в сферу человеческой деятельности. И при переходе от одной предметной сферы/области знания к другой у них не возникает никакого общего понимания устройства этих областей, более того, не знают и не понимают, как и где проходят границы между самими этими областями. В итоге, стандартный специалист зачастую элементарно не может устроиться на работу. Причем, если студент учился неплохо, он имеет, и весьма справедливо, амбиции по устройству в крупную, эффективную, престижную, в конце концов, кампанию или фирму. И при удачном стечении обстоятельств, он совершенно не застрахован оттого, что через вполне небольшой срок ему предложат покинуть заведение. На государственном уровне появляются море предположений, порой доходящих до законообразных актов, рекомендаций о так называемых «невостребованных» или, наоборот, «остродефицитных» специальностях. С соответствующими предложениями сокращения учебных курсов, а то и факультетов в целом. С другой стороны вузы никак не могут добиться от работодателей внятных установок на качество подготовки студентов. Причина всего этого?   


Смотрите также:

Вам это будет интересно!

  1. Новое образование..часть 2.
  2. Новое образование часть 4
  3. Freezelight – новое течение искусства