Одесса – рай для патофизиологов

Два года назад великий учёный и писатель, гуманист и просветитель Василий Нагибин, зная о моём давнем желании попасть в Одессу, пригласил меня в этот чудесный город на конгресс патофизиологов. Я примчался туда на день раньше, дабы как следует прочувствовать его неподражаемую атмосферу в одиночку: предаться созерцательной меланхолии, выпить вина на Приморском бульваре, скатиться в детской коляске по Потёмкинской лестнице и закупить скумбриИ на Привозе, пока мой друг не прибудет со своей безумной лабораторией из Киева. Однажды мне удалось побывать в ней далеко за полночь, когда его научный руководитель, доктор наук из Львова, предложил нам выпить коньяку в помещении рядом с лабораторией, потому как жил прямо в Институте физиологии имени А. А. Богомольцева. Когда возмущённая вторжением вахтёрша отказалась нас впускать, ей сказали, что я – инженер из Москвы, и она сразу поняла, что у неё будут большие неприятности, если не откроет нам врата.
Я обосновался в номере гостиницы «Зирка» недалеко от вокзала всего за 400 рублей. Кроме кровати, у меня имелся свой туалет с душем и даже цветной телевизор! И всё это умещалось на площади два квадратных метра. А научный десант выбросился в районе Аркадии на «Межрейсовой базе моряков», где же ещё. Первые две ночи я отлично высыпался, а потом ехал на базу моряков на трамвае номер пять. На зависть местным теплолюбивым жителям, для которых конец мая – ещё не сезон, мы плавали в море, мало смущаясь температурой воды около 16 градусов, чувствуя себя титанами из Гипербореи. Вокруг нас на пляже почему-то стала прослеживаться линия демаркации и зона отчуждения. Как заявила бесстрашная одесситка, не испугавшаяся загорать в этой зоне, весь пляж уже знает, что вы знаменитые патофизиологи из Киева, но на межрейсовую базу она с нами не пойдёт. Но среди нас и впрямь был Руслан Борисыч, мужик лет 40 из Западной Украины, который изобрёл лекарство от всех сердечных болезней!
Случайно зайдя в здание юридической академии, мы отобедали за копейки в студенческой столовой, я решил немного побродить по улицам, а мои друзья отправились на научную конференцию, которая официально называлась «8-е чтения В. В. Подвысоцкого». Мои друзья зачитывали доклад о роли митохондриальной креатинкиназы и АТФ-чувствительных калиевых каналов в предупреждении гибели изолированных кардиомиоцитов при аноксии-реоксигенации.
Войдя в здание Одесского государственного мединститута, я спросил, где здесь симпозиум. Никто не спрашивал моих документов, мне даже не пришлось говорить, будто я инженер из Москвы. К сожалению, доклад Василия и товарищей уже завершился, и теперь они сидели наверху амфитеатра и разливали под партами пиво, наливая также и какому-то жуку, который барахтался в маленькой пивной лужице. Как мне объяснили, это был их летающий друг. Когда мы были представлены друг другу, он уже больше не летал.
Меня запечатлели на общей фотографии среди участников конференции, и какой-то седовласый профессор в очках пригласил нас на банкет. Но мы пошли на Дерибасовскую устраивать свой.
Не знаю, то ли я приехал из холодной северной страны в город, где не встретишь белых медведей, а женщины из-за жары ходили полуголые, либо местный климат или особый рацион питания вызывал у них одну замечательную особенность – я больше нигде не встречал столько прелестных девушек с такими большими красивыми бюстами.
- И чем только их здесь кормят, кум? – пытался я дознаться у Василя за бутылками «Массандры» и кружками «Черниговского». – Объясни мне, как знаменитый патофизиолог!
Но он только разводил руками и подливал вино в стаканы.
Ночью мы стояли у вокзала в ожидании трамвая до базы моряков. Подошёл бродяга и попросил закурить.
- А трамвай будет? – спросил Руслан Борисыч.
- Будет! – заверил его бомж и сел на скамейку на остановке.
- Тогда держи.
Через полчаса бродяга вдруг решил ретироваться, когда мы спросили, а где трамвай.
Безумная лаборатория уехала на такси, а я пошёл домой. Утром я собирался успеть на море, а после обеда меня ждал поезд. Я бы задержался ещё, но обещал вернуться на день рождения друга в Москву. Я быстро заснул, но был разбужен среди ночи, потому что какой-то урод по соседству решил привести на час проститутку. Хотя она и не очень громко и старательно симулировала, но звукоизоляция в этой «Зирке» была ни к чёрту. Могла бы и заткнуться, всё равно не получает удовольствия, подумал я, собираясь избавиться от декалитра «Черниговского», скопившегося в мочевом пузыре. Для этого нужно было просто встать с кровати, унитаз находился в метре от неё. Я долго отливал, и громко спустил воду. Два раза. Стало гораздо тише. Я не какой-то там ханжа, просто не люблю, когда мешают спать.















Смотрите также:

No related posts.