Ощущение перемен

Впереди, насколько хватало взгляда, лежала выцветшая равнина. Справа виднелся небольшой лес - вряд ли здесь можно было рассчитывать на удачную охоту, - а слева вдалеке, покрытые вечерним маревом, возвышались горы. Солнце пекло уже не так, как днем, однако, было понятно, что и завтра невыносимая жара будет сопровождать их добрую половину дня.

- Сегодня мы прошли всего несколько миль, вождь, - Ли смотрел вдаль, сидя на своем коне. Весь его вид выражал задумчивость и смирение, однако, Морис чувствовал, как недовольство, возраставшее и скрываемое Ли каждый день, было готово выплеснуться наружу.
- Люди совсем устали, Морис, - Ли повернул голову в сторону вождя, - пока еще они идут за тобой, но...
Морис резко повернулся к нему и посмотрел в глаза. Его правая рука с силой сжимала палицу. Ли заметил это.
- Люди пойдут за мной, куда я им скажу, - спокойно сказал Морис. Он продолжал смотреть Ли в глаза немигающим взглядом. Ли опустил глаза, резко дернулся в седле и ускакал назад, к подножию холма, на котором они стояли. Там уже виднелись огни - люди собирали палатки и готовили трапезу. Солнце медленно догорало на горизонте.

Жрец сидел у костра, обгладывал кость и посмеивался. Вокруг него кружком собрались люди. Кто, как и жрец, дожевывал ужин, кто болтал с соседом, а кто-то готовился ко сну, укладывая спальный мешок неподалеку от костра. Жрец швырнул кость в костер, вытер рот рукавом и осмотрел собравшихся вокруг людей. Все сразу затихли и уставились на жреца, ожидая, что и сегодня он поведает им очередную байку.

- Мы живем на этой земле, - начал жрец издалека, - вот уже четыреста девятнадцать лет с того самого момента, как Господь спустился на нашу землю, чтобы создать первого человека. Она дал нам возможность обрабатывать землю, охотиться, принимать пищу и воспитывать детей на этой земле. Но Господь поселил нас здесь не просто так, а с определенной целью, ведомой лишь ему. Мы все ждали чего-то все эти годы. Что-то должно было произойти. Каждый чувствовал это... Мы ждали неспроста. Месяц назад, когда была лунная ночь и мы все спали в своих домах, нашему вождю явился ангел и сообщил, что Господь желает забрать нас к себе. Обрадованные вестью, мы отправились в путь. На юг. Туда, куда указал ангел вождю. Мы шли долго, изнуряя себя дорогой и лишениями, в надежде, что скоро наши земные муки закончатся и Господь приютит нас в своем царстве. Многие погибли, - он сделал паузу и с сожалением посмотрел на свои босые ноги, - одних задрали звери, другие умерли от болезней... Но мы с вами здесь. И Господь с нами! - Вождь на секунду задумался и продолжал медленнее - Но время еще не пришло, братья и сестры! Мы рано оставили наши дома! Мы рано бросили наши поля и сады! Мы рано отказались от всего, что нам дорого! Разве если бы Господь хотел забрать нас, он не сказал бы об этом каждому? Разве если бы Господь хотел забрать нас, он заставил бы нас идти многие мили? Ведь Небо - оно повсюду! - жрец вскочил и очертил руками небесный свод - Небо над нами, и Господь на Небе!

Люди переглядывались в недоумении. Кто-то одобрительно кивал, кто-то перешептывался с соседом. А жрец все говорил:

- Разве мог ангел явиться только вождю? Ведь только бесы приходят украдкой! Ночью, когда все спят, они набрасываются на вас, и вот вы уже не в силах противостоять их власти! Вы готовы исполнить все, что они скажут!

Внезапно толпа затихла. Из темноты вышел Морис.

- Проглоти свой язык, Иван, иначе я тебе его отрежу! - чуть повернув голову в сторону жреца сказал Морис. Повернувшись к толпе он мказал: - Если среди вас есть те, кто верит жрецу можете идти домой. Я не буду вас преследовать.

Толпа не шевелилась. Никто не смел проронить ни слова. Из окружающих костер палаток выглядывали люди и с интересом наблюдали за происходящим.

- Брось, вождь, - сказал кто-то в толпе, - куда они пойдут? - к костру вышел молодой воин Карим. - Без воды и еды, без трусливых друзей, которые решили остаться с вождем в его безумном походе ради царства Господа?.. Не лучше ли тебе - вождь - покинуть нас? - Карим вопросительно оглядел толпу. - А мы пойдем домой! - Воскликнул он и призывно поднял руки. - Хватит нам мотаться по равнине! Хватит умирать от болезней! Мы хотит растить детей и собирать урожай! Мы хотим... Мы хотим жить! - Два, затем три человека неуверенно выкрикнули что-то. Потом еще несколько человек, и вот уже вся толпа скандировала "Карим! Карим!" Но тут вождь схватил палицу и бросился на Карима. Тот увернулся, выхватил кинжал и приготовился нанести удар Морису в живот. Морис занес палицу над собой, и тут Карим кинулся на него с ножом в руке. Морис со свистом обрушил палицу на голову Карима, и он обмяк у его ног. Из небольшой раны на животе вождя сочилась кровь. Жрец бросился помогать вождю, но тот отстранил его движением руки.

- Разбудить лагерь в шесть, - приказал он ошарашенному Ли и удалился в свою палатку.

Люди молча провожали его взглядом, а когда он скрылся из виду, все, не говоря ни слова и не смотря друг другу в глаза, разошлись по своим палаткам. У костра остался лишь мертвый Карим, все еще сжимавший окровавленный кинжал в руке.

Ли сидел на посту, солнце уже обозначило свое присутствие на горизонте, и его первые лучи освещали далекие горы. Оставалась еще пара часов до подъема, и Ли всеми правдами и неправдами старался не спать. И вот, когда он в который раз усиленно крутил всем телом, чтобы отогнать сон, на горизонте показась огромная черная пластина. Ли не поверил своим глазам и пару раз протер их, чтобы лучше разглядеть загадочный объект. Пластина приближалась с юга и чем ближе она становилась, тем сильнее наростал шум - в начале тихий, словно нежный шепот, теперь он превратился в шум ветра в густой листве. Ли встал и уставился на пластину, еще раз для верности протер глаза и побежал в палатку к Морису.

Морис неторопливо вышел на улицу. Бросил взгляд на пластину, которая становилась все больше, посмотрел на Ли и сказал:

- Разбуди всех. Время пришло, - он улыбнулся и вернулся в палатку.

Ли принялся бегать по лагерю и кричать, как ошпаренный. Многие уже и сами проснулись от нараставшего шума. Пластина, тем временем, превратилась в гигантский ромб, занимавший около четверти неба, и продолжала приближаться. Стало очевидно, что она не черная, а серая и блестящая. Люди собирались вокруг костра, вокруг бездыханного тела Карима и глядели в сторону загадочного ромба. Морис все не выходил.

Ромб занимал уже около половины неба. Шум был похож на грохот горной реки. Ромб замедлил движение, а затем и вовсе замер. Все ждали, что же будет дальше.

Внезапно как будто со всех сторон сразу раздался оглушительный мужской голос:

- Полковник Стиглер, доложите обстановку.

Из палатки вождя вышел Морис. На нем уже не было кожаных доспехов, его длинные волосы были срезаны, а на месте бороды блестел свежевыбритый подбородок. Он был одет в парадный мундир с полковничьими погонами и блестящие черные сапоги.

Морис уверенным шагом направился к людям. Последние три шага он отчеканил маршем, развернулся к небесному ромбу и скомандовал:

- Формация! Колонна по трое, становись!

Люди, как завороженные, выстроились в колонну по три человека. Морис приложил правую руку к виску:

- Генерал Брент! Полконик Стиглер по вашему приказанию прибыл! Рота к походу готова!





Смотрите также:

Вам это будет интересно!

  1. Перемен