Работодатели рулят

Работодатели рулят

Да, друзья, поиски работы в разгар кризиса – психоделическое приключение и незабываемый экспириенс. Одним словом, праздник, который всегда с тобой )) Для желающих посмеяться - рассказ под катом.



Крупный издательский холдинг, принадлежащий Берлускони, решил открыть в Петербурге филиал и издавать подарочные издания. «Требуется редактор с опытом работы и знанием иностранных языков – итальянский, английский обязательно, третий язык на выбор. Зарплата – от 60 000, командировки, свободный график», - заявили они. «Ура!», - подумала я и пошла на собеседование.

Меня встретил прыщавый молодой человек с немытыми дней десять волосами, похожий на чувака, изображавшего «Перхоть – твой-назойливый-двойник» в старой рекламе. «Ну!» - сказал он визгливым голосом. –«Показывайте, где вы там работали». Увидев на столе «Собаку», он закричал: «Уберите это гавно!» - «Что, простите?» - переспросила я, не веря своим ушам. «Глянец - это гавно! И Vogue, и Собака ваша! И работают там одни придурки! И ни один нормальный человек вам интервью не давал!» - «А Алиса Фрейндлих? А философ Пятигорский? А, наконец, всемирно известный художник Михаил Шемякин?» - «Он не может быть всемирно известным. Я не знаю его. Кто это?» Глаза немытого мальчика были злыми, но правдивыми. Шемякина он действительно не знал.

Стоит ли говорить, что меня не взяли?

Моя хорошая знакомая решила покинуть пост пиарщицы одного очень солидного петербургского театра. Ну очень солидного. Работая в «Собаке», я не раз о нем писала. На собеседовании ее начальница, строгая дама, стала внимательно читать журнал и вдруг – о ужас! – нашла, что в одной и той же статье «Щелкунчик» у нас назван и оперой, и балетом. «Вот это ляп так ляп! Позор!», - покачала она головой. – «Бывает, к сожалению. Но это еще что. Этим летом газета NN выпустила огромную статью. В заголовке, набранном огромным кеглем, в самой статье и во всех колонтитулах нобелевский лауреат Орхан Памук был назван Охраном Памуком! По сравнению с этим наш «Щелкунчик» - детская шалость!», - парировала я. Дама изменилась в лице. Знакомая, которая привела меня собеседоваться, прошептала: «Ну ты даешь! Ее как раз недавно уводили из той самой газеты, а почему – никто не знал».

Мой выпад на газету NN типа не при чем. Но у того самого очень солидного театра теперь другая пиарщица. А я сижу без работы и читаю Орхана Памука.

Еще один журнал искал шеф-редактора (предыдущий трагически спился). Его владелица оказалась женой состоятельного бизнесмена. В далеком прошлом она была учительницей истории, поэтому и журнал почти полностью посвящен прошлому во всех его проявлениях. Она попросила меня составить тематический план на ближайший номер, и мне показалось это занятным. План я по дурости расписала подробный-подробный, интересный-интересный. Моя потенциальная работодательница томно вздыхала, хвалила меня, а потом спросила: «А что бы вы первым делом исправили в нашем издании?» - «Добавила сюда интервью. Иногда вы пишете о людях, живых и открытых для общения, используя один источник – «Википедию». Гораздо интереснее было бы с ними встретиться и поговорить». – «Я категорически против интервью! – крикнула она. – Они везде, повсюду! В моем журнале этой пошлости не будет!» Я пожала плечами. «Но вы очень хорошо подготовились к нашей встрече. Давайте созвонимся на выходных – может, уже в понедельник вы сможете выйти на работу!», - улыбнулась она мне на прощание.

Когда прошли суббота, воскресенье, понедельник и большая часть вторника, я позвонила ее заместителю. Он тяжело вздохнул и сказал: «Ваша кандидатура отклонена. Вам слишком мало лет, чтобы занимать такую ответственную позицию». Темплан у них остался. Подробный-подробный. Ну, в общем, без комментариев.

И это только несколько особо прикольных случаев. Их за прошедший месяц было очень много. На самом последнем собеседовании, в пафосном госучреждении, где сотрудники ходят в полусне и смотрят «Евроспорт» на плазменных панелях, прочитав мое резюме, специалист отдела кадров зевнул и констатировал и без того очевидный факт: «Тут вам не Балтийская Собака!»

Но я не сдаюсь. Корректирую Кафку в оригинале (400 немецкоязычных страниц экзистенциализма за 2000 рублей) и подрабатываю в колл-центре. Звоню какому-нибудь Бауырджану Калиуллиновичу на Рыбокомбинат «За Родину!» (и имя, и название подлинные) и приглашаю на продовольственную выставку. И это хотя бы весело. И я ни о чем не жалею – даже о том, что в ноябре уволилась, абсолютно осознанно и добровольно. Жизнь – безумно интересная штука, как ни крути. А самый страшный кризис – не в экономике, а в головах.

 

 





Смотрите также:

No related posts.