Серые земли

Собственно все это было прелюдией к размышлениям о том, что мне говорить в храме. Потому что в любом случае в начале придется объяснять ситуацию, а только потом задавать вопросы. Я обтирала все той же веточкой вереска котелок от сажи снаружи. Это и вызывало ассоциативное воспоминание: я чищу песком котелок, а Рубикон объясняет мне, почему если я не знаю, что сказать, то надо говорить правду. А правда сейчас заключается в том, что моя семья взяла на себя обязательства перед ее семьей. И не смогла их на тот момент выполнить в полном объеме. А теперь, во истину, время возвращать долги. Я положила в котелок свою аптечку, убрала все в сумку. Надо было идти.

Выпавший утром снег днем растаял, и без того не слишком крепкую дорогу развезло. Спасало то, что из-за редкого движения она не была разбита, но на скорость движения это все равно влияло. На равнине поднимался холодный волглый ветер, который заставлял меня кутаться в плащ и мечтать дойти до храма – я искренне надеялась, что в нем ветра не будет. Тучи темнели, неслись все быстрее и все ближе прижимались к земле. Если я что-то понимаю в погоде, то все это предвещало бурю в скором времени.
Ветер дул сбоку - сзади, и не мешал идти, но, капюшон постоянно сдувало на лицо, пришлось его снять и идти, приложив ладонь к левому уху, продуть ухо на четвертый день в мире мне не хотелось, тем более что с такой погодой и отсутствием постоянного прибежища это могло перерасти в серьезную болезнь. А мне здесь никто помогать не будет. Во всяком случае, на данный момент.
В дверь храма (тоже низкую, явно толстую и способную выдержать небольшой штурм) я постучалась уже в глубоких сумерках, когда ветер усилился на столько, что мимо меня пролетали небольшие веточки. В ответ мне была тишина. Я постучалась еще раз, и, решив, что меня просто могут не слышать или быть слишком занятыми для того, что бы открыть дверь, я вошла внутрь. Там было темно, пахло залитым очагом и чем-то кислым. Даже не смотря на то, что внутри храм был явно выложен светлым камнем, проникающего через приоткрытую дверь света было недостаточно, что бы иметь возможность что-то рассмотреть. Я поколебалась перед выбором, что сделать вначале, закрыть дверь или зажечь свет, и выбрала первое. Сделав шаг в сторону от двери к ее петлям, я нащупала в сумке трут и кресало, опустилась на колено, положила трут перед собой и попыталась выбить искру. Получилось не с первого раза. Когда трут затлел, я полезла за лучинкой в сумку, но тут почувствовала острие у себя под подбородком. Я замерла. И тут же увидела более яркий свет у себя из-за спины.
- Не дергайся и руки из сумки не вынимай. Я человек старый, могу и ножик в руках не удержать.
- Хорошо же в храме Милосердной принимают путников. Милосердно. – Я вложила всю язвительность в данное замечание. Я была уверена, что меня пока не убьют, у него было время сделать это, пока я пыталась зажечь трут. Во всяком случае, пока. Я скосила глаза, пытаясь увидеть руку, в которой держат клинок. Кожа на тыльной стороне запястья была в старческих пятнах. Что ж, в таком случае я оказывалась в более удачном для себя положении. Я сижу в удобной позе, посмотрим, чья выносливость окажется сильнее. Или упрямство. Вот только трут жалко. – Чем обязана за столь теплый прием?
- А то ты не знаешь! Твои люди вырезали здесь всех!
Я была ошарашена. Какие еще мои люди? Откуда здесь вообще кто-то мой? Если точка выхода в Аэтерне, даже если Князь и решил отправить мне кого-то в помощь (в чем я очень сильно сомневаюсь), как этот кто-то оказался здесь раньше меня? Когда я не видела следов ни единого существа, на котором можно было бы ездить верхом?
Я почувствовала осторожное прикосновение чужого разума к своим эмоциям, и нож убрали от моего горла.
- Пойдем. Хорош на полу сидеть. Если вы не связаны между собой, то откуда вас столько выползло? Я не верю в такие совпадения.
Я навострила уши. Нас? Выползло? Совпадения? Вырезанный храм? Это становилось слишком интересным, что бы просто так все отпустить. А интуиция вопила, что тут все очень не просто.

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru











Смотрите также:

Вам это будет интересно!

  1. Серые земли
  2. Серые Земли
  3. Серые земли.

Серые Земли

Пришлось свернуть с дороги и поискать скрытое от лишних глаз место. К сожалению, никакого родника здесь по близости не оказалось, так что вымыться и постирать вещи не представлялось возможным. Я разожгла костерок, разделась, разложила вещи, прижав их камушками, чтобы не унесло ветром. К своей радости я нашла залежь мелкого песка в старом русле, набрала его, прокалила над огнем, и, когда он остыл, засыпала им мех своего плаща. Потом взялась за гребень и стала старательно вычесываться, сжигая в огне все, что оказывалось на зубцах. Повторив это пару раз просто и еще один раз с песком (и долго потом вычесывая песчинки с кожи головы) я принялась за одежду. Увы, холод не был настолько сильным, чтобы одежда промерзла, по этому я ее прокоптила над костром. Потом пришла очередь плаща, его так же требовалось вычесать. И пока я это делала, одна простая мысль закралась в мою голову: вот приду я в храм и что? Что я буду спрашивать? Допустим, меня и того серокожего отнесли к одной расе (народности?), то и ее, скорее всего, тоже. Но как их называют? Высокие господа – это явно обращение, но не название народа. Эльфа во мне пока не признали. Значит ли это, что их больше здесь нет? Или они каким-то образом изменились до неузнаваемости?
Я заварила чай. Стоило перекусить хоть что-то, а под чай и думается легче. Отца за эльфа здесь признавали, и вообще не видели в нем иномирца. Следовательно, здешние эльфы были на нас сильно похоже внешне. Сейчас во мне эльфа не узнали. А кого узнали? «Высокую госпожу». Трактирщик, кстати, меня вообще никак не определил. Было ли ему все равно? Если да, то он испугался угрозы или мне просто почудилось? Если предположить, что раз ребенок был алиэ, то и его мать была алиэ. Соединяя это с кошачьими чертами лица трактирщика, я получаю, что оборотни здесь обычны. Значит, люди разделились на собственно людей и оборотней? В принципе у перевертышей больше шансов выжить в неразберихи глобальной войны. Я сидела, положив локти на коленки, а ладонями обхватив лицо, и смотрела на закипающую воду. Хорошо, допустим, есть здесь люди и оборотни. А откуда взялись эти серокожие? Явно не единичные представители.… А обращение говорит, что они воспринимаются как существа более высокие по уровню… культуры? Достатка? Магии? Последнее явно да, потому что ни у кого еще я магического фона не заметила. Но если магия здесь требует жертв, то к ним должны относиться настороженно. Но трактирщик его не прогнал. Значит, скорее всего, не боялся. Я кинула в кипяток немного листьев брусники, размешала их доцветающей веточкой вереска. Как там женщина говорила? «Крови немного, зато свежая, должна прийтись вам по вкусу». Если кровь нужна только на ритуалы, которые явно не будут проводиться в городской черте (ибо там поднимать некого, и резать жертву на виду у всех тоже не получится – это зрелище не для слабонервных, мягко говоря, да и тело было выброшено с тем расчетом, что бы его не нашли сразу, а позже, когда его бы подъели крысы, вороны и враны, может быть собаки и кошки, кстати, ни тех, ни других я тоже пока не видела…) то не проще ли купить жертвенное животное или ребенка постарше? С младенцами нужно внимательное обращение, потому как если умрет до ритуала, ритуал будет сорван. Следовательно, кровь действительно должна была прийтись по вкусу, то есть была пищей, причем, скорее всего пищей необходимой. После долгих переходов обычно хочется нормальной еды, знаю по себе. Или если уж сильно захочется – деликатесов, причем это желание обычно настигает где-то в середине пути. Но, судя по состоянию дорог около Аэтерны, на восток дальше не ходят. Получается, что кровь – это обычная пища, действительно часть нормального рациона, как для меня мясо. Я себе честно попыталась представить эльфа, который бы мутировал в нечто, нуждающееся для нормального питания в крови. Не получилась. Попыталась еще раз, с тем же результатом. Выходило, что это могли быть только люди, потому как если говорить о загадочных для меня вирви, то они явно не подходили по описанию. Получается, что люди разделились не на две ветви, а на три. Правда, вопрос с их именованием не снялся.
Я отпила получившийся взвар. И так, меня приняли за человека. Люди живут коротко, а, следовательно, не очень хорошо помнят некоторые события. И облики вещей. То есть, если бы они долго не видели эльфов, то только бы единицы в необычно выглядящем человеке смогли бы признать эльфа. Что собственно и произошло. Алиэ приняли меня за представителя пьющей кровь ветви, представитель этой ветви скорее всего за оборотня, потому и долго всматривался, так как я не являюсь представителем данного народа морфу по мне определить не реально. Развивая мысль о том, что это третья ветвь людей, на какой бы признак я больше бы всего обращала внимание? Нет, я, конечно, понимаю, что я видела единственного представителя данного народа, но название должно даваться по самому яркому признаку, который заметен или известен всем. То, что они пьют кровь? Вряд ли, потому как это будет постоянное напоминание об угрозе, а их все же именно уважают больше, чем боятся. На что я сама первая обращаю внимание, когда вспоминаю того посетителя кабака? На цвет кожи. Интересно, а это единично или они все такие? Язык здесь больше напоминает язык Гарды, а не Моргана, да и пишут они их рунами, по сути. Серый – это «гар». Серокожий? Серый народ – гарэ? Нет, такое не мелькало в случайно услышанных разговорах явно. Язык здесь скорее несколько рычащий. Как же на темном наречии будет кожа? – подумала я и поймала себя на том, что задумчиво подгрызаю краешек котелка, снимая с него тонкую металлическую стружку. Это называется «хорошо задумалась»

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru




Смотрите также:

Вам это будет интересно!

  1. Серые земли
  2. Серые земли
  3. Серые земли.

Серые земли

Проснулась я незадолго до рассвета, от острого, как внезапная боль, ощущения опасности. Я открыла глаза и замерла, осторожно нащупав рукоять меча. Костер прогорел, над землей стелился туман, затекая в мой распадок, и укутывая его почти непроницаемым для взгляда одеялом. В этом тумане на той стороне распадка, угадывался какой-то странный силуэт, окруженный зеленоватым свечением. Он раскачивался, будто что-то ищя и принюхиваясь, хотя вид у него был явно антропоморфный. Туман мешал ему меня разглядеть, так же как и мне его, но я была уверена, что не хочу это существо видеть. «Я туман. Я всего лишь чуть более плотный клок тумана. Я туман, ничего кроме тумана здесь нет» - я привела свои мысли к этой фразе и дала себе раствориться в ней.
Я не знаю, сколько времени я провела так. Когда я пришла в себя, чувство опасности молчало. Я разжала сжатые до судорог пальцы рук – одной рукой я держалась за меч, другой – за медальон висящий на шее. Я не помнила, когда успела за него взяться. Существо ушло, так и не заметив меня. Солнце только-только вставало, за туманом не было видно ни зги. Я разворошила кострище, подбросила в него еще веток вереска, они занялись желтыми язычками пламени. Я бы не рисковала оставаться в этом условном укрытии дольше необходимого, но идти по незнакомой местности в кромешном тумане тоже смысла не было. Оставалось надеяться, что вскоре эта белая пелена рассеется.
Запоздало пришла нервная реакция. Что бы успокоиться я поставила кипятиться воду для чая, а сама взялась за гребень. Расчесываться с трясущимися руками – дело не быстрое, несколько раз я просто роняла гребень, или он застревал у меня в волосах. Зато когда я закончила и выпила чай, туман истончился настолько, что на него уже можно было не обращать внимания.
Тщательно затушив костер и, по возможности, скрыв следы своей ночевки здесь, я выбралась из распадка. Чуть заплутав, и сделав крюк, прежде чем выйти на вчерашнюю дорогу, я увидела того, кому, очевидно, повезло меньше чем мне. При жизни это создание было похоже на нечто среднее между лошадью и пони, сейчас же предо мной предстал истерзанный, покрытый кусками гниющей плоти остов, и только свежие следы крови меня убеждали в том, что все это произошло совсем недавно. Невольно я порадовалась, что не стала завтракать.

Судя по всему, я попала сюда в предзимье: на тех деревьях и кустах, которые здесь временами встречались, не было ни единого листа. Это создавало некоторую проблему в поисках пищи, очевидно, мне придется охотиться, но, не зная, кого здесь можно есть, а кого не стоит, я пока не бралась за лук. «Во всяком случае, нежить точно не стоит. А еще не стоит забывать о том, что эти твари не прочь пообедать тобой» -невольно подумалось мне. Чем дальше я шла, тем менее мне нравился мир, тем больше я убеждалась в том, что моих минимальных знаний явно не хватает, тем более, что они все, скорее всего, уже просто устарели.
Что я знаю о мире? Один большой континент на севере, я как раз на нем. Два поменьше – на юге. Между ними – архипелаг. Наиболее активно взаимодействует (взаимодействовала, сейчас я не уверена, что она вообще существует) со всеми остальными странами Империя, явный лидер в политике. Располагается на трех обширных террасах (две точно еще существуют, я на них уже была), климат – субтропический (а это, очевидно, уже является ложью на данный момент). В мире всего три расы, и все они в примерно равных пропорциях жили на территории Империи. Люди, эльфы и вирви. Знать бы еще кто последние, невнятное описание в заметках отца не дает никакого представления почти. Позже, я думаю, увидим. Те крохи о флоре и фауне можно смело выбрасывать из головы, они тоже явно не соответствуют тому, что есть сейчас. Вообще мир приходится изучать с нуля, а следовательно к поселению стоит подойти скрытно… Еще не известно, как на меня среагируют местные жители. А уж тем более, если я от них сильно отличаюсь...

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru






Смотрите также:

Вам это будет интересно!

  1. Серые земли
  2. Серые Земли
  3. Серые земли.

Серые земли.

Проснулась я рано, когда зябкий рассвет наполнил белесым мутным светом комнату. Тело болело, после вчерашнего падения и сна на каменных плитах не было ни одного участка, который бы не ощущался. Я встала, завернулась в плащ и немного попрыгала, что бы согреться.
Свет давал возможность нормально осмотреть комнату, которая стала мне приютом на ночь. Раньше она, очевидно была чьим-то кабинетом – сохранились вмятины от ножек стола на мраморных плитах, вдоль стен стояли стеллажи с книгами и свитками (некоторые сейчас лежали на полу, но их все равно не хватало, что бы заполнить все пустые полки, на которых раньше явно стояли довольно тяжелые фолианты, такие, что полки чуть прогнулись под их весом и уже не смогли выпрямиться). На дальней от входа стены располагался довольно большой камин, в котором остались головешки и зола. Свет в комнату проникал через стрельчатые витражные окна, выходящие на город внизу. Я выглянула в окно: снаружи, создавая полную иллюзию снегопада, парил пепел, засыпая лестницу, по которой можно было бы спуститься вниз – именно на нее выходила галерея. Не смотря на все странности, здесь царил покой, невольно хотелось остаться тут еще на некоторое время. Я решила, что могу позволить себе завтрак с горячим чаем к сушеному мясу, и подошла к камину, что бы попытаться разжечь в нем огонь. Судя по всему, в последний раз его топили книгами и письменным столом – я увидела не прогоревшие ножку и ящик, а так же накладки, которые обычно используют для защиты книжных уголков. Я поворошила золу кончиком меча, в надежде обнаружить какой-нибудь кусок несгоревшей бумаги, и вытащила на поверхность свиток, почти не тронутый огнем. От него неприятно пахло опаленной кожей, но я не сдержалась от искушения попытаться прочитать его.

“Будьте бдительны и бойтесь ночей! Они возникают из неоткуда и могут разорвать человека на мелкие клочки меньше, чем за 50 ударов сердца, так, что когда они закончат, человек еще будет жив. Доспехи от них не спасают, они из не замечают вовсе, будто те сделаны из бумаги. Бойтесь, бойтесь ночей, когда этот кошмар таится в каждой тени. Единственное спасение от них – свет. Не яркий, такой, который не оставляет теней вовсе, любой уголок ночи – ваш враг, смертельный враг. Это безумие, но не спите по ночам – вы можете не проснуться. Я тогда с трудом унес ноги, а теперь гадаю, не зря ли? Лучше быть мертвым, чем не спать, а если и дремать, то снова и снова видеть эти сцены. Мой отряд, весь мой отряд был полностью уничтожен за какие-то 5 минут! Мы воевали с самого начала, с падения Аэтерны, но оказались уничтожены мене чем за пять минут!
Ноги сами меня принесли в императорский дворец. Не помню, как я сюда добирался – от леса до сюда никак не меньше 5 дней, но я пришел. Зачем? Не знаю. Тут идет пепел. Все что могло сгореть – сгорело, остались только камни. В верхнем городе, в нижнем, но почему-то не здесь. Это странно, но за последние 50 лет я видел много странного, так что уже ничему не удивляюсь.
Зачем я это пишу? Кто это будет читать? Тех, кто дожил до этого момента прикончат эти демоны из тени. Я безумен, мне постоянно кажется что мои парни живы и зовут меня. Я разговариваю с ними, смеюсь, хлопаю их по плечам и внезапно осознаю, что я сижу тут один на полу малого императорского кабинета, в окружении книг, а за окном опять наползает тьма. Еще одна ночь, у меня заканчивается вода, но я не рискую выйти из запертой комнаты.
Все, стол почти прогорел. Воды нет. Еды тоже. Надеюсь этот свиток позволит мне продержаться до рассвета. Все таки я воин, и должен умереть как подобает воину, в бою, а не как крыса, загнанная в свою нору. С рассветом я ухожу. Да поможет мне Коар, бог воинов, если он сам еще жив и слышит мои молитвы”

Оригинал записи и комментарии на LiveInternet.ru







Смотрите также:

Вам это будет интересно!

  1. Серые земли
  2. Серые Земли
  3. Серые земли