Стилизую Под А. П. Чехова (рабочее)

Стилизация под рассказ А. П. Чехова «В рождественскую ночь»
Молодая женщина, лет двадцати трех, со страшно белым лицом, стояла  на небольшом деревянном мостике, сделанном специально для туристов, желающих наблюдать горы.   От ее маленьких ножек, обутых в синие уги,  шла к горам небольшая, узкая лестница, спуск к которой был перевязан  бело-красной сигнальной веревкой; в горы нельзя – буран.
Женщина глядела в даль, где зиял простор, залитый глубоким, непроницаемым мраком. Не было видно, ни звезд, ни луны, ни огней.  Шел мокрый снег….
«Что там?» - думала женщина, вглядываясь в даль и кутаясь от ветра и снега в свою измокшую котиковую шубку.
Где-то там,  в этой непроницаемой тьме, верст за пять – за десять или даже больше, должен быть в это время ее муж, бизнесмен Литвинов, со своими бизнес партнерами. Если метель в последние два дня в горах не засыпала снегом  Литвинова и его партнеров, то они спешат теперь в туристическую деревню.  Снега все больше, и, говорят, скоро сойдет лавина. Успеют ли сноуборды бизнесменов достигнуть деревни прежде, чем бледная женщина услышит рев сходящей  лавины?
Женщине страстно захотелось спуститься вниз. Сигнальная веревка задвигалась у нее под рукой. Женщина присела на ступени и стала спускаться на четвереньках, крепко держась руками за холодные, грязные ступени.  Рванул ветер и распахнул ее шубу. Мокрые снежинки назойливо липли к лицу.
-Черт ее побери,  этой лестнице и конца не будет! – шептала молодая женщина, перебирая ступени.
В лестнице было ровно девяносто ступеней.  Она шла не изгибами, а вниз по прямой линии, под острым углом к отвесу. Как на зло, каждая ступень была покрыта коркой льда, и каждый раз ставя ногу на очередную ступень  отважная женщина рисковала поскользнуться.
Через десять минут она была уже внизу, у подножья горы. И здесь внизу была такая же тьма. Ветер здесь стал еще злее, чем на верху. Снег шел, и, казалось, конца ему не было.
-Кто идет? Послышался мужской голос
-Это я, Денис…
Денис, высокий плотный старик, в зимнем военном костюме, стоял у подножья, с большой палкой.  Он достал из кармана зажигалку, закурил  и жадно затянулся.
-Это вы, Наталья Сергеевна, спросил он, недоумевающим голосом. В такую-то погоду! И что вам тут делать? Вы сюда отдыхать приехали, а не простужаться, да еще и под Новый год. Идите лучше к себе в номер!
Послышался плач старухи.  Плакала мать местного парня Андрюшки, поехавшего с Литвиновым в горы кататься.
-Жила ты старуха,- сказал старик пространственно, - семьдесят лет на этом свете, а до сих пор малый ребенок, без понятия.  Ведь на все же, дура ты, судьба есть! В твоем возрасте дома спать надо, а не в холоде сидеть. Шагай лучше отсюда, здесь ловить нечего.
-Да ведь Андрей мой, Андрей, он у меня один только сыночек!
-Судьба, говорю тебе! Если не суждено скажем, в горах погибнуть, так хоть сто лавин пройди а ему хоть бы хны! А суждено погибнуть сегодня, так тут ничего и не сделаешь.  Не плач, старуха. Не один Андрей в горах! Он с бизнесменом Сергеем Петровичем, и его коллегами, правда буду честен, последние вряд ли без местных парней, как Андрей в горах два дня продержаться….
-А они живы? Спросила Наталья Сергеевна, дрожащим голосом.
-А черт их знает! Если метелью не занесло – значит живы. А если лавина не сойдет, то совсем живы будут.
-Кто-то идет, слышите!  Громким шепотом сказала жена бизнесмена.
И вправду, с другой стороны сигнальной веревки  послышался скрип снега, а после веревка приподнялась, и под ней пролез Петруша.
-И ты пришел, унылым голосом спросил охранник Денис.
-Пришел, дедуля, послышался распевный, будто женский голос.
-Скучно тебе?
-Скучно, дедуля, сил моих нету. Все вечерники отменены, туристы по номерам прячутся бррр….
К троим, стоявшим у подножья горы подошел молодой парень,  максимально зауженные джинсы его были мокрыми от снега едва ли не по колено, короткая пуховая курточка была наполовину расстегнута несмотря на холод, из под нее выбивался ярко-розовый пушистый шарф. Парень пытался согреть дыханьем замерзшие в обрезанных перчатках, пальцы.
-Скучает наш дурачек, сказал Денис, похлопывая парня по спине. Ты бы Петруша, домой пошел, а то простудишься. Ты же такой болезненный, потом погода наладится, а ты на вечерники ходить не сможешь, с простудой будешь дома лежать!
Петруша молчал, продолжая отгоревать дыханьем пальцы.
-Иди, Петруша, Иди домой, может к утру погода уймется и завтра будешь снова с туристками зажигать!
-Не уймется. Сказал своим женственным голосом Петя.
-Да чтоб тебя, с чего ты взял!
-Лавина будет, чувствую! Шум ее слышу!
Старик прислушался.  Он долго слушал.  Но в общем гуле он не понял ничего, кроме воя ветра.
Прошло полчаса в ожидании и молчании. Ветер делал свое дело.  Он становился все злее и злее., и, казалось,  решил во что бы то ни стало обрушить лавину и отнять у старухи сына Андрея, а у бледной женщины мужа.  Снег между тем становился все слабей и слабей.  Вскоре его стало так мало, что можно уже было в темноте различить человеческие фигуры. Сквозь вой ветра уже можно было расслышать клубную музыку.  Это в центре туристической деревушки таки решили устроить новогодний пати.
-Дедуля, лавина близко!
Старик прислушался.  На этот раз он услышал шум, не похожий на гул ветра и шум деревьев. Дурачек был прав.  Нельзя уже было сомневаться, что Литвинов со своими партнерами не вернется в деревню праздновать  Новый год.
Старуха взвизгнула и присела к земле. Наталья, мокрая, и дрожащая от холода, отошла в сторону и стала слушать. И она услышала зловещий гул.
-Может быть это ветер? – сказала она.  Ты убежден, Денис, что это лавина?
-Судьба, говорю же судьба! Валить отсюда надо пока и нас тут не засыпало! Пойдемте наверх, в деревню! 
Тут все услышали  тихий смех, смех детский, счастливый… Смеялась  бледная женщина. Денис крякнул, он всегда крякал, когда ему хотелось плакать. «Тронулась в уме-то» подумал он печально окинув мокрую женщину взором.  Денис хотел было помочь молодой туристке подняться, но та отстранила его.  Она уже не была так смертельно бледна; на щеках ее играл здоровый румянец. Теперь она чувствовала что сама без посторонней помощи сумеет пройти высокую лестницу.
Ступив на третью ступень, она остановилась как вкопанная…. Перед ней стоял высокий статный мужчина в костюме сноубордиста.
-Это я, Наташа, не бойся… сказал мужчина.
Наталья Сергеевна пошатнулась.  За прозрачным стеклом шлема она узнала знакомые черты бизнесмена Литвинова. Он резким движением снял с себя шлем, отбросил его в сторону, поднял жену на руки и поцеловал, обдав ее при этом парами бренди.
-Радуйся, Наташа, сказал он! Спасатели нашли нас как раз вовремя. Когда у нас уже не оставалась надежды выжить.
Он бормотал, а она  опять бледная и дрожащая, глядела на него недоумевающими, испуганными глазами.
-Как ты измокла! Как дрожишь!- прошептал он, прижимая ее к груди. И по его опьяневшему от счастья и вина лицу, разлилась мягкая, детски добрая улыбка. Его ждали в этом холоде. В эту ночную пору! Это ли не любовь? И он засмеялся от счастья….
Пронзительный. Душераздирающий вопль ответил на тот тихий, счастливый смех. Ни рев моря, ни ветер не могли заглушить его. В нем слышалось все: замужество по расчету, неприобретенная антипатия к мужу, рухнувшая надежда на свободное, богатое вдовство.
-Тебе горько, что меня не занесло снегом и не раздавило льдом! – пробормотал он…Стерва проклятая…
Наталья хотела что-то ответить, возразить, попытаться сохранить свой несчастный, ненужный брак, но при всех его недостатках муж ее не был дураком.
Мимо них плавно покачивая бедрами прошел Петруша,  порывы ветра трепали  его розовый шарф, и не смотря на то, что парень был изрядно вымокший, свой природный шарм он не утерял…
-Петруха, стой! Окликнул его Сергей Петрович.
-Мммм, протянул Петя, подходя ближе и стряхивая  слой снега с плеч неудавшегося сноубордиста, ты наверно ужасно замерз, пойдем в бар, там как всегда отличные коктейли, особенно в новогоднюю ночь! И Сергей, совершенно забыв  про существование жены, отправился в бар в компании дурочка.
То было последней каплей для молодой женщины. Все что угодно, но только не это! Она знала что ее муж исчадье ада: скупой, богатый, старый скряга. Подлец, надувающий своих партнеров, скот, обращающийся с ней как с собственностью и не дававший ей никакой жизни, подлый изменник….Но такого даже о своем муже она помыслить не могла…
«Ну уж нет, с меня хватит, я собираюсь и еду к маме в Урюпинск, я устала от того мужика и его выходок, мне не нужны его деньги. Мне вообще ничего от него не нужно, лишь бы не видеть больше никогда! Я еду к маме домой, я начинаю новую жизнь с нового года, теперь все будет по-иному! Теперь все будет хорошо!» 
 
























































Смотрите также:

Вам это будет интересно!

  1. Россия, как большой город Соблазнов (Рабочее)